Одноклассники же так и сидели с открытыми ртами, провожая меня офигевшими взглядами.
— Боярин Северский, — выйдя следом за мной в коридор и прикрыв дверь, заговорил официальным тоном преподаватель, — я приношу свои извинения, если чем-то смог Вас обидеть!
— Вы меня не обидели, — покачал я головой. — Вы отчего-то решили, что можно насмехаться над моим родом!
— Приношу свои извинения, если вольно или невольно оскорбил ваш род! — не меняя выражения лица, поправился Борис Велемирович.
— Принимается, — чуть подумав, кивнул я.
Ну в самом деле, не доводить же дело до войны? Хотя, оскорбление действительно имело место. И не мешает выяснить, чем я этому козлу так не угодил. Не сейчас, но мысленную пометочку я поставил.
— Тогда можете быть свободны, Северский, — с явным облегчением в голосе, произнёс историк. И взялся за дверную ручку, собираясь оставить меня одного в коридоре.
— Куда! — возмутился я. — А кто меня в новый класс отведёт⁈ И вообще, с какого перепугу меня куда-то перевели без моего ведома?
Глава 14
Джентльмен не может пить с человеком,
которого он шантажирует.
О. Генри
Оказалось, что перевели не одного меня и не просто так. Из-за наплыва иностранных учеников в гимназии возникли некоторые трудности с… как бы это лучше сказать? С родовитостью? Хотя это всё же не совсем верное слово. В общем, некоторые иностранцы решили, что учиться с обычными детьми, хоть некоторые из них и бояричи с боярышнями, им невместно. Руководство гимназии спорить не стало и под таких вот «родовитых» создали отдельный класс.
Ну а для того, чтобы он был не полностью иностранным, решили немного разбавить местными. Так что помимо меня там теперь учатся ещё два молодых боярина и родственница княгини. Да, да — Ханна Кискер.
Всё это рассказал историк, пока провожал меня до нового учебного кабинета. Но я так и не понял, почему нельзя было иностранцев учить отдельно? Скорее всего — политика.
— Разрешите? — постучавшись, открыл я дверь кабинета. Борис Велемирович на этом счёл свою миссию выполненной и срулил.
— Да? — чуть удивлённо посмотрел на меня новый преподаватель. Здоровенный мужик, с аккуратно подстриженной седой бородой и завязанными в хвост тёмными волосами. Ему бы вместо указки боевой топор и хоть сейчас в степь, орду распугивать.
— Боярин Северский, — представился я. — Мне сказали, что теперь учусь в этом классе."
"— Северский? — задумчиво нахмурился он и заглянул в лежащий на столе журнал. — Да, есть такой. Проходи. Меня зовут Олег Викторович Ханин.
