— Всё передал, господин, — вернулся Юшенг от дома.
— Тогда поехали! — решительно произнёс я."
"Место убийства и в самом деле было недалеко. Буквально минут через пять мы свернули на широкую улицу, на которой стояли такие же средней дороговизны усадьбы что и на нашей, и сразу же увидели толпу, которую не пускал дальше редкий строй городской стражи. Сразу за этим строем я увидел Скворцова. Он беседовал с ещё одним стражником. Видимо старшим. И я, кстати, его помнил. То ли Фёдоров, то ли Федотов. Именно этот десятник в тот злополучный вечер после пира у княгини разоружил своего полусотника, не дав пролиться крови.
— Нельзя дальше! — прикрикнул на нашего возницу один из стражников. — Поворачивай!
— Я боярин Северский! — выпрыгнув из экипажа, представился я. — Там мой человек!
Рядом со мной спешился Сильнов, а Юшенг собрался уже в наглую переть мимо стражи, но я его придержал за локоть.
— Сейчас старшего позову, — пробурчал стражник. Но десятник уже и так шел к нам в сопровождении Семёна Семёновича.
— Пропусти! — скомандовал он своему человеку. И повернувшись в мою сторону, представился: — Полусотник Фролов.
Ах да, точно — Фролов!
— Я помню, — кивнул я. — Только ты был вроде десятником?
— Повысили, — слабо улыбнулся он. Но тут же снова стал серьёзным. — Проходи боярин.
— Мои люди со мной.
— Хорошо.
Пройдя чуть дальше, я наконец-то увидел тело. Точнее, его очертания под плотной светлой тканью. И небольшое красное пятно в районе головы.
Прежде чем подходить к нему, я осмотрелся.
И не увидел никаких следов битвы. Странно!
— Это точно Бэй Линь? — спросил я у Скворцова.
— Он, боярин, — тяжело вздохнул старик. — Я когда мимо ехал, то его не накрыли ещё. Вот и узнал. Хоть эти китайцы и похожи все, но уж Богатыря я запомнил.
Коротко кивнув, я направился к телу.
— Боярин, — окликнул меня полусотник, — ты его только не переворачивай. Я как узнал, что Богатырь, то сразу за экспертами послал. Дело серьёзное.
Ничего не ответив, я откинул ткань.
Чёрт! Мертвец лежал лицом вниз. Одет в привычный уже всему городу плащ с капюшоном. И прямо в этот самый капюшон, пробив затылок, был воткнут кинжал.
Или не кинжал? Скорее даже какой-то штырь, с деревянной рукоятью, что была исписана множеством мелких рун.
Заинтересовавшись, я перешёл на магическое зрение и понял, что был прав. Сейчас, с четвёртым рангом, я умудрился почувствовать артефакторную начинку в этом орудие убийства. А теперь ещё и рассмотрел.
