— Ой! — раздалось от двери. Повернув голову, я увидел горняшку-симпатяшку Мару. — Проснулся, боярин? А чего встал? И зачем бинт размотал? Там же у тебя рана! Ой!
Это она увидела, что раны уже нет.
— Привет, — буркнул я и, отвернувшись, всё же открыл шкаф. — Долго я спал?
Почти сутки, боярин, — с готовностью ответила девушка, не прекращая на меня пялиться. — Ещё даже Добромила не успела подойти. Лишь помощницу присылала. Занята целительница чем-то. А дядя Саша Сильнов ругался из-за этого. И на неё, и на тебя, и даже мне чуть-чуть перепало.
Волнуется он сильно. Мишу Михалёва и вовсе за грудки хватал. Требовал всё рассказать. Но он спать пошёл. А Ирина сказала, что всё с тобой нормально будет. Если уж целый, с руками и ногами, домой попал, то оклемаешься. А ещё китаец какой-то приходил. Но его не пустили. Сказали, занят ты. И китаец обиделся. Что-то тяфкал на своём, на китайском. А тут как раз дядя Саша бушевал. Вот они и сцепились.
— Чего⁈ — офигел я от такого потока информации. — Как сцепились? Сильнов что, с китайцами подрался?
— Нет, боярин, — махнула ручкой горняшка.
— Словами сцепились. Лаялись с полчаса во дворе. Причём каждый на своём языке. Так смешно было.
И она, прикрыв ладошкой рот, захихикала.
Да уж. Неожиданно. В прошлый раз она сбежала, едва меня увидев. А сейчас выдаёт все сплетни, словно мы с ней сто лет знакомы. Не понять мне этих женщин.
Найдя чистое бельё, я закрыл шкаф и обернулся.
— Ой, боярин, — лукаво стрельнув глазками, вдруг засмущалась Мара, — а ты сейчас куда?
— В душ.
— А тебе спинку потереть? — ещё сильнее зарозовела девушка.
А я задумался. Так-то конечно можно и потереть. Тем более, что эта Мара очень даже симпатичная. Да и фигурка что надо. Но вот нужно ли оно мне? В том плане, что сейчас с ней вместе в душе помоешься, а потом начнётся. То побрякушку ей купи красивую, то машинку красненькую, а то и вовсе на Бали попросит слетать. Знаем, проходили. И хоть это и другой мир, но проблем можно огрести по полной из-за своей беспечности. Хотя, она же вроде как моя… А кто она?
— А ты, Мара, холопка?
— Вот ещё! — гордо задрала носик девчонка.
— Свободная я. Мамка моя — да, холопка. А мне продаваться не зачем. Я и так Дёминым служу. Ну, то есть служила. Теперь вот тебе, боярин, служу.
— Ага, понятно, — пробормотал я. И всё же принял решение. — Спинку как-нибудь в другой раз. Сейчас сам справлюсь.
А вообще, надо бы у Сильнова уточнить, можно ли мне горняшек валять. Тем более, что она и сама вон не против.
