Без компромиссов: Гонки по вертикали. Я, следователь… (сборник)

Я следователь, и каждая ошибка – это торпеда по моему судну. А оно и так перегружено и сильно черпает бортами. Но как увернуться от торпед, как проложить правильный курс?

Ведь ошибки бывают самыми неожиданными. Вот как случилось с одним моим приятелем, молодым летчиком, впервые попавшим в Уэллен. Накрыл его там снеговой заряд, и целую неделю подряд томился он в местной гостинице, дожидаясь на Чукотке погоды. Пока не высмотрел там хорошенькую девушку-чукчанку. Девушка была закутана в элегантные меха, чрезвычайно молчалива и все время важно курила трубку с длинным чубуком.

Подкатился к ней летчик, сел рядом – и давай соловьем разливаться, рассказывать о своей гордой работе. Девушка только щурила от удовольствия глаза и снисходительно кивала головой. Потом выпили спирту, закусили шоколадом. И заиграла в моем приятеле молодая кровь – полез к ней целоваться. Девушка спокойно встала, отпихнула полярного аса и невозмутимо сказала: «С ума сосол? Я не девка, я – охотник!»

Может быть, и я две недели подряд ухаживаю за охотником? Отпал Отари Абуладзе, появились серьезные сомнения в том, что к убийству причастен Сабуров.

...Но так или иначе Сабуров – единственный известный мне человек, который был с Корецким на участке маршрута Москва – Крым. Найти, срочно надо найти Сабурова. У меня есть несколько путей, ближайший – его тетка в Ленинграде, на улице Маяковского...

Прошу срочно установить жильцов квартиры 26 дома 10 по ул. Маяковского.

Под благовидным предлогом необходимо проверить, какое отношение к ним имеет некий Алексей Сабуров.

Прошу также выяснить по дому, не проживал ли в указанной квартире в период с 25 по 30 августа высокий черноволосый мужчина лет 30—32 (приметы Сабурова), не держал ли этот мужчина во дворе дома или около него «Волгу» кофейно-белого цвета с грузинским номером («ГХ» либо «ГФ»).

В коридоре я встретил знакомого оперативника – Сашку Савельева. Его рыжие вихры, как всегда, стояли дыбом.

– Ты чего сгорбился, как верблюд? – заорал он мне издали.

– Ха! Удивил! А у кого их нет? Я вон сам весь в заботах.

С утра до ночи ношусь...

– Нам с тобой легко носиться – мы же тощие. А тощие – они жилистые, живут долго.

– Это не скажи! Пока толстый сохнет, тощий сдохнет!

– Да ну тебя! – Я махнул рукой и пошел.

– Постой, постой! – остановил меня Сашка. – Ты что, с женой поругался?

– А что? – удивился я.

– Я ее неделю назад в Гаграх видел. Побеседовали за то, за это, а про тебя она – ни мур-мур.

– Да нет, не ругались.