Без права на любовь

Не зря он на протяжении последних лет разрабатывал тайные операции, а Шейран Ферт был всего лишь одним из полевых агентов.

Как только у барона появилась информация, что опальные сотрудники ведомства вышли на связь с заговорщиками, он решил от них избавиться. Можно было, конечно, арестовать Ферта и Райта как предателей, но это бросило бы тень на репутацию нового министра сельского хозяйства. Гораздо удобнее выставить их жертвами разбойного нападения. А если пара неугомонных сотрудников будет сопротивляться, то мастера Райта обвинить в несанкционированном применении магии, а самому виконту приписать несколько убийств.

Хороший был план у барона Иргуса. Практически безупречный.

«Удивительно, как при таком раскладе я еще жив, — подумал Шейран Ферт, — и очнулся дома, а не в тюремных казематах».

— Вас господин зовет, — сказала горничная, когда я вышла из ванной.

Первым порывом было, закутавшись в одно полотенце, броситься бежать. Но разум возобладал над чувствами, раз у его милости хватило сил озвучить просьбу, значит, и подождать, пока я надену платье, он сможет.

Через пару минут я, на ходу заплетая мокрые волосы в косу, вышла из комнаты.

— Что со мной? Почему я не чувствую тела? — спросил Шейран, как только увидел меня. Его голос был спокоен, но во взгляде бывшего императорского порученца отражался затаенный страх.

Мысленно дала себе подзатыльник. Я забыла предупредить Шейрана, что временно обездвижила его.

Как же Шейран, наверное, испугался! Для сильного мужчины нет ничего страшнее, чем почувствовать себя беспомощным калекой.

— Все нормально. Точнее, все будет нормально… — затараторила я.

— Не темни, — перебил Шейран. — Так, что со мной? Позвоночник сломан?

— Позвоночник… э-э… несколько поврежден.

— Значит, я парализован?

— Да подожди ты! Не нервничай!..

— Не нервничать? — Бледные губы виконта украсила саркастическая усмешка.

— Шейран, ты можешь не перебивать?.. — выдохнула и четко, нарочито спокойно сказала: — Я многократно ускорила регенерационные процессы в твоем организме. Так как повреждений много, то… считай, что я на все тело наложила гипс. К вечеру чувствительность восстановится.

— К тебе вернулась магия?

Одного у Ферта не отнять — независимо от ситуации соображал он быстро.

Я кивнула, отрицать очевидное было глупо.

— Когда?

— В эрлайской тюрьме.