– Не легче оставить все как есть? Ты тяжело перенесла утрату, я боялся за тебя, а сейчас ты опять лезешь в улей, в котором тебя могут покусать пчелы. Зачем, Катя?
– Для меня это важно, – негромко сказала я. – Отыскав его, я смогу сложить всю мозаику. По крайней мере, я надеюсь на это.
Денис нахмурился еще сильнее, но ничего не сказал.
– Слушай, – я села удобнее. – Помнишь, ты обещал отыскать информацию о моем отце? Может, и о маме тоже попробуешь? Вдруг распутывая ее историю, мы сможем узнать, что это был за человек? Мы найдем его, потребуем объяснений и все узнаем! Вдруг он заставил ее это сделать?
Авдеев сложил руки на груди и недовольно посмотрел на меня.
– Слушай, тебе нужно было идти на юридический факультет, а не на журфак.
– Я говорю серьезно.
– Если серьезно, – мужчина смотрел мне в глаза. – Нужно было рассказать полиции об этом человеке, но ты, по какой-то причине, не захотела. Теперь уже поздно – дело закрыто.
Я отрицательно покачала головой."
"– Нет, я уже говорила, что полиции не могла об этом сказать по разным причинам.
Во-первых, я им не доверяю, а во-вторых, вдруг этот незнакомец не причем, а на него повесят убийство?
Брюнет хмыкнул.
– Ты пересмотрела плохих фильмов. Прекращай фантазировать, уже поздно, пора спать.
Я обидчиво надула губы и сложила на груди руки.
– Ты же предлагал мне чай.
– Ты плохо себя вела.
Я не могла удержаться и улыбнулась.
– Больше так не буду, – я встала с дивана и потянула Дениса за руку. – Пойдем, выпьем чаю и ляжем спать.
– Сразу? – глаза мужчины коварно сузились.
Я закусила губу.
– Нет, если сейчас же пойдем на кухню.
Губы Авдеева тронула улыбка, и он поднялся, подходя ко мне и обнимая за талию.
– Уговорила, – шепнул он мне на ухо, потом наклонился и поцеловал меня в губы. – Может, ну его, этот чай?..
Я обвила руками его шею, закрывая глаза.
«Да, я тоже так думаю…» – мелькнула в моей голове мысль, когда мужская ладонь ловко забралась мне между ног.
Мне была необходима эта близость, как глоток воздуха, которой меня лишали долгое время.
Денис для меня все, даже чуточку больше. Без него я – не я и пора бы уже давно это понять…
* * *Четырнадцатого февраля, в воскресенье, я была дома и, как бы грустно это не было, убирала из комнаты вещи своей матери, вместе с мужчинами решив отдать их в какие-нибудь центры для бедных людей, чтобы не пылились.
С самого утра меня мучила боль внизу живота и как ни странно, к обеду у меня начались месячные, которых не было вот уже два месяца.
