Без права выбора

Отдыхай, — поправил я одеяло.

«Айна, дай мне сил ее защитить», — мысленно взмолился, ощущая, что могу не справиться. Я совершал ошибку за ошибкой. И следующая, вероятно, будет роковой. А эши… Я сделал видимыми крупицы и с грустью подметил, насколько уменьшилось их количество. Раньше без труда заполнял ими всю комнату, а теперь смотрел на небольшую горстку поблескивающих частичек, что витали в воздухе, и понимал: не сделаю даже нормального щита. Снова подкатило чувство обреченности. Я всегда полагался на дар. С малых лет боролся с ним, подчинял себе, укрощал, а сейчас остался, считай, ни с чем.

Этого мало. Ничтожно мало!

— Агфар, — прошептала во сне Лисая и потянула мою руку на себя. Прижалась к ней щекой и удовлетворенно замычала.

— Пусть без эши, но я найду способ, как тебя защитить, — дал обещание, спрятав крупицы.

На следующий день мышка даже поднялась на ноги. А потом мы и вовсе отправились в путь. Часто останавливались. Выходили на улицу подышать свежим воздухом, так как Лисаю укачивало. Она еще мало ела.

Иногда вообще чуть ли не падала на ровном месте. Но было заметно, как боролась с собственным бессилием, старалась держаться, тянулась к подаренной ей жизни и ко мне.

— Сыра хочешь? — предложил я, едва мы остановились возле развесистого дуба, кидающего тень на дорогу. — Или воды?

— Не говори о еде, — поморщилась она.

Резко отвернулась и прижала руку ко лбу. Затряслась, будто от холода. Я подумал, что сейчас начнется приступ, как вдруг она согнулась и опорожнила желудок.

Уперлась рукой в ствол дерева. Долго не выпрямлялась. А я отступил, пораженный новым открытием.

— Нет… Только не это.

— Что случилось? — насторожилась Лисая. — Это все из-за другой еды. Там я пила только воду и ела какие-то водоросли. За четыре месяца привыкла.

— Какие четыре месяца? — оторвал я взгляд от живота мышки.

— Может, больше. Не знаю, Агфар. Я не сразу начала считать дни, — сказала она и приняла у меня платок. — Мне уже намного лучше. Можем ехать.

— Не было никаких четырех месяцев, — схватил я ее за руку.

— И десяти минут не прошло! Я почти сразу же отпустил коня и побежал за тобой.

— Нет же. Мне все это не могло показаться.

— А когда мы выбрались… — задумчиво продолжил я, — лошадь еще не скрылась из виду, хотя должна была. Может, в обители время замедляется? И тогда пара минут снаружи равна месяцам внутри. Помедли я еще больше, то встретил бы вместо тебя…

— Духа, — закончила она и посмотрела на черную метку. — Хочу присесть, Агфар.