Без права выбора

Мучительных три дня, в течение которых Лисая отказывалась разговаривать, постоянно оборачиваясь и списывая все на присутствие Безгласых. Она еще ощущала сильную слабость, но тем не менее процесс восстановления был заметен невооруженным глазом.

— Куда мы приехали? — осторожно уточнила мышка, заметив в окошке утопающий в зелени храм.

— Это последнее пристанище Отверженной.

— Нам нельзя туда, — забеспокоилась Лисая. — Агфар, разворачивай карету. Нам нельзя. Это запрещено. Они обрушат на нас свой гнев!

— Тише, — попытался я ее успокоить, поражаясь тому, как ее запугали в обители за каких-то пару минут.

Невольно глянул назад и добавил: — Мы ведь ничего не сделаем. Просто переждем здесь непогоду.

Появилось подозрение, что нас туда могут не пустить. Словно все, что говорилось вслух, обернется против нас, ведь теперь и я почувствовал щекочущий спину холод.

Экипаж остановился. Я быстро выбрался на улицу и помог Лисае. Старался не подавать виду, что тоже ощутил присутствие Безгласых. Надеялся, что внутрь им не войти.

Хотя шанс на это был ничтожно мал. Все это время они следовали за нами, не давали свободно разговаривать, навевали ужас на мышку, отчего та даже не спрашивала, как мне удалось ее освободить и что нас ждало впереди.

Я схватил ее за руку и потянул за собой. В высокое серое здание, выглядывающее из-за густых крон деревьев. Оно будто пряталось. Оставило доступным взору лишь часть фасада с разбитыми окнами.

Я мысленно взмолился Айне, прося у нее защиты. Ни на что не надеялся, поэтому в случае неудачи планировал отправиться к тресанцам.

У них особая магия. Она не пропустит Безгласых на их земли и убережет нас хоть на какое-то время от гнева могущественных созданий. Этого должно хватить.

Лисая споткнулась. Я собирался не торопиться, войти в здание спокойно, не выдавая своего нетерпения. Но по итогу подхватил мышку на руки и побежал по заросшей тропе внутрь. Воздух тут же затрещал от холода. Листва высоких кустов покрылась инеем.

Далеко… Мне не успеть!

И больше ни на что не надеялась…

Тот уголек света, появившийся в темноте, который долгие месяцы спасал от нападок Безгласых, был зародившейся во мне жизнью.

Совсем крохотным продолжением Агфара. Тем, что убьет… меня.

Еще в Чернолесье я заподозрила неладное и в попытке сохранить ясный ум день за днем перебирала возможные варианты, чем являлась эта белая искра. Вряд ли моей эши, ведь она исчезла. Сердцем, самой жизнью, зерном судьбы, волшебством?..