Без разборов

— Тут Андрей гонит уже совсем, надо его как то угомонить.

— Вы где? Дома, что ли? — удивлённо спросил Виталий, и уже хотел было сказать, чтобы убегали оттуда скорее, но Лариса сказала, чуть не плача:

— Нет, мы у Светы, на Пролетарской. Знаешь же где?

— Знаю, щас приеду, осторожно, чтобы не раздался звук, стал опускать трубку.

— Приезжай скорей, я тебя прошу. Он совсем уже… Успели ещё раздаться из трубки слова Ларисы, прежде чем щёлкнуло разъединение. Виталий отключил домашний телефон от линии. потом снял рацию с зарядки и, ещё раз с сожалением посмотрел на дверь комнаты за которой была Елена и тихо вышел из квартиры.

Соседка Светы, услышав выстрел, беспокойно смотрела на потолок. Она уже устала от беспрестанной ругани наверху, которая не утихала и ночью. Дети Светланы, когда играли в квартире в догонялки, не создавали такого грохота, и никогда раньше шум не доставлял неприятностей соседям. Теперь же началось то, чего уже никто не ждал. Света жила без мужа, и пьяную мужскую брань оттуда давно уже не слышали.

Но в милицию не звонили, так как отношения с соседкой у них были хорошие. Все прекрасно знали и её, и детей, и даже её подруг с их мужьями, с которыми дружила Света и которые часто бывали у неё в гостях. Все встречи друзей наверху всегда проходили мирно, и слышно до сих пор было только бегающих по квартире детей. Сейчас же шум наверху выходил уже за рамки даже обычной семейной ссоры, и когда ругань и топанье перекрыл звук выстрела, соседка забеспокоилась уже сильно. Она неотрывно смотрела в потолок и прислушивалась. Она знала, что там в гостях находится Лариса со своим гражданским мужем Андреем. И сама Света уже жаловалась ей с утра на его буйный характер, когда отводила детей к своей подруге, объясняя крики и ругань ночью.

Наверху крики и топот стихли почти сразу после выстрела. По крайней мере, услышав этот звук, соседка подумала именно об этом, что это был выстрел. Она хотела уже подняться наверх и спросить, всё ли там в порядке, но побоялась и осталась дома, продолжая смотреть в потолок и прислушиваться.

Но вскоре топот возобновился с ещё большей силой, он был каким-то торопливым и сопровождался выкриками грубым мужским голосом.

Ей теперь и в голову уже не могло прийти, что это просто пришли слесари, которые не привыкли разуваться на вызовах, и стали менять батарею. Услышав вновь начавшийся наверху грохот и шум, она подняла трубку телефона и позвонила своему знакомому милиционеру, который уже один раз помогал ей.