Без разборов

— Нуда, хули… Она в темноте на спортивную похожа с этими наклейками…

— А если номера кто-то видел? — округлил глаза от страха Юра.

— Вот и я про то же.

— Машина на тебя оформлена? Или на кого? — затараторил Сергей.

— По доверенности, — покачал головой Роман. — Её Виталя покупал у пацана какого-то.

— А тебя на ней тормозили где-нибудь? Проверяли?

— Да вот вчера ж нам протокол составили за скорость, — удручённо произнёс Роман. — И даже если б на месте рассчитались, всё равно они нас вычислили бы.

— Бл…а-адь, пи…дец, Рома… Чё делать? — уже в панике проговорил Юра и нервно начал тереть колени ладонями. — Это ж щас на нас выйдут сто процентов.

Роман молчал, повесив голову. Страх, охвативший и его, не давал ему сосредоточиться и думать.

— Бл.. ль, на х…я ты меня с собой повёз? Чё, сам не мог съездить, что ли? Зачем я тебе там нужен был? -г продолжал паниковать Юра.

— Я откуда знал? Чё ты на меня гонишь? — нервно ответил Роман. — Он чё, предупреждал меня, что ли, что убивать там кого-то будет? Сам же слышал, за пузырём, сказал, зайдёт.

— Пи…де-ец, — Юра продолжал нервно тереть колени и раскачиваться. — Чё теперь делать, Рома? Эго ж пи…дец нам щас будет…

Дрожащий голос друга так действовал на Романа, что он тоже начал нервно тереть руки. Он уже начал думать о том, чтобы удариться в бега и уехать куда-нибудь подальше, когда Юра вдруг встрепенулся и быстро проговорил:

— Пошли сами в ментовку всё расскажем! Скажем, что объявление услышали по радио и приехали…

— Ты чё, гонишь, что ли?! — повысив голос, Роман удивлённо посмотрел на него.

— Так, а если мы не скажем, что это он, нам самим это припишут, — убедительно заговорил Юра. — Атак мы скажем, как было, и всё… Скажем, что сами ничё не знали, просто подвозили его…

Роман отвернулся от него и уставился в стену. Но Юра уже видел, что он задумался, и продолжал убеждать.

— Поехали, Рома. Если сами придём, нам ничё не будет. Мы только свидетелями пойдём, мы ж ничё не делали и не знали даже…

Роман продолжал смотреть в стену с задумчивым видом.

Волына с Киселём сидели в квартире и, перебирая старые завертухи из-под ханки, выкидывали их в мусорное ведро.

— Бл…дь, и тут ни х…я не соскребёшь, сука, — Волына раздражённо кинул очередной кусок целлофана и, не попав им в ведро, со злостью пнул его ногой.

— Да пи…дец, — подтвердил Кисель, вытаскивая из пакета последнюю старую завсртуху.