Без выбора. Влад

— Что ты мне постоянно рот затыкаешь, а? Не нравится, что говорю? Отлично! Знаешь, что?… Не хочешь брать мою Машу, её возьмет другой! А ты катись со своей благотворительностью знаешь куда?

Он не спеша развернулся и посмотрел на молодую ещё женщину. Та села, вцепившись пальцами в одеяло. Когда-то Вера была ослепительной красавицей. Гордой, задиристой. С годами её характер стал хуже. От былой красоты мало что осталось. Частично забрала болезнь. Но больше «заслуга» самой Веры. Ему скинули некоторую информацию про неё, остальное будет к вечеру.

— Думаешь, успеешь? — он повернулся и уперся бедром в подоконник. Говорил по привычке холодно.

Вера мгновенно напряглась, от неё исходили агрессивные волны. Но к подобной реакции он привык и давно на них не обращал внимания.

— Успею что?

— Найти замену мне.

— А, вот ты про что! Успею. Не сомневайся даже.

Вера откинула одеяло, свесила ноги и уже хотела встать, когда покачнулась. Она сильно побледнела и, уперевшись рукой в матрас, часто задышала.

Влад как стоял на одном месте, так и продолжил.

— Тебе не стоит волноваться, так написано в твоей больничной карте.

— Прочел, да? Изучил?

— Конечно. Ляг и мы продолжим разговор."

"Вера, кривясь и бормоча себе под нос матерные ругательства, сделала, как он велел. Влад наблюдал за ней. Она легла, прикрыла глаза и некоторое время ничего не говорила, лишь тяжело дышала. Он тоже решил помолчать. Женщинам иногда необходимо дать время, чтобы мозги встали на место и дурь поутихла.

— Я успокоилась.

— Говорю один раз, Вера.

— Я поняла. Но ты меня выводишь из себя.

— В этом мы солидарны.

— Я не продаю дочь.

— Маша мне понравилась. В ней что-то есть. Ты права.

— То есть ты её забираешь?

— Да.

***

Он её заберет.

Это уже не обсуждалось.

Вера не ошиблась, когда пришла к нему. Манипуляторша. Ей одновременно хотелось шею свернуть за то, что пила, несмотря ни на что, девочку едва не похерила. Какого? Она — мать! А получалось, что ребенок ездил по клубам-кабакам и вылавливал нерадивого родителя.

С другой — Вера всё же думала про Машу. Зная, что находится на пороге жизни и смерти, решилась на неординарный шаг. Сумасшедшая баба. Всегда такой была. Безрассудной.

— Я хочу, чтобы ты на ней женился, — ещё одно сумасшедшее заявление.

— Вера, ты ничего не путаешь?

Для чего он выслушивает бред ещё не протрезвевшей женщины? Почему сразу жестко не поставит её на место?

Потому что должен ей?

Неправда.

Свой долг он давно отдал.

С лихвой.