– Слушай, а было ли у тебя что-нибудь такое, о чем ты жалеешь, что не сделал?
– Да.
– Что это, если не секрет?
– Жалею, что полчаса назад, когда ты пускала на меня слюни, я повелся на это и не отлил, когда хотелось. А теперь вот еле-еле заставляю свой пузырь выйти достойно из этой ситуации.
– Ммм… да ты оказывается романтик.
– Святые небеса, в каком месте? – забавно, но, несмотря на наше дурацкое положение, я вижу веселье во взгляде Миши. А это редкость. И особенный вид наслаждения.
– Глубоко в душе. Сам посуди, тебе нравилось смотреть, что я за тобой смотрю.
И вместо того, чтобы послать все к черту, облегчить мочевой пузырь и не строить ненужную тебе будку, ты наслаждался тем, что я на тебя смотрю. Так что тот еще романтик.
– Полная «ж».
– Которая жопа?
– Которая женская логика.
– Я не очень понимаю – это комплимент или сарказм?
– Комплиментный сарказм.
– Гениально. Слушай, а может быть, сейчас перед лицом опасности ты в чем-нибудь мне хочешь признаться?
– Например? – почти шепотом произносит Миша, едва заметно улыбаясь.
Только сейчас понимаю, что он, как и я, обвил свои ручища вокруг моей талии.
– В чем-нибудь очень личном. Например, в том, что давно в меня влюбился, но врожденная упрямство, а может, что-то еще не дает тебе в этом признаться.
– А ты?
– Что я?
– Когда втрескалась в меня?
– О, то есть ты только что подтвердил мои слова?
– Хм… разве?
– А то. Ты не опроверг это, значит да.
– Я просто не хотел расстраивать тебя.
– Ну-ну. Я, кстати, в тебя не влюбилась.
– Да ладно?
– До тех пор, пока я не увижу в календаре нарисованное тобой тридцатое февраля и ты не признаешься мне в этом лично, я в тебя не влюблена. Это лишь твои догадки. Ладно, я подожду. Уж терпения мне не занимать. А можно вопросик, на который ты ответишь честно и прямо. Вопрос не из области твоей влюбленности в меня.
Медведев не сдерживает смеха. Но при этом кивает.
– Жги.
– А есть что-нибудь такое простое в жизни, чего ты ни разу не делал, тогда как другие это делали десятки, а то и сотни раз? Не, не, – убираю ладошку из-под его куртки и прикладываю палец к Мишиным губам.
– Не влюблялся уже не в счет. Подумай хорошо, было такое или нет.
– Было.
– И что это?
– Я ни разу не танцевал медляк.
– Ого. Так вот она я.
– Кто?
– Та, кто лишит тебя этой девственности! Круто, я буду у тебя первой. Давай, если нас не тронет мистер Дарси, вечером ты перестанешь быть невинным, – смотрю Мише прямо в глаза. Красивые они у него.
