Блин, еще немножко и за диваном будет целая лужа.
В какой-то момент, несмотря на то что во мне нет ни капли алкоголя, на душе становится хорошо. Возможно, все дело в Никитиных шутках или в том, что он просто такой позитивный. Однако, когда он тянется ко мне, о позитиве я забываю. Напрягаюсь, когда его губы касаются моих. Никакого дискомфорта нет.
Его губы совсем не противные. Просто горько как-то. Не этого я хочу. Точнее не с ним. И так противно стало от самой себя. Что я за человек такой? Зачем это делаю? Отстраняюсь от Никиты, упираясь ладонью в его грудь.
Вот сейчас, несмотря на то что не было ничего мерзкого в этом поцелуе, желание отмыть губы встает на первый план.
– Никит…
– Ладно, ладно. Я мальчик типа хороший, подожду, – с улыбкой произносит он, откинувшись на спинку дивана. – Ты меня, кстати, своим кольцом поцарапала.
– Извини.
– До свадьбы заживет. Ну в баню-то пойдем, наконец, завтра?
Я готова сказать все, что угодно, главное, чтобы он поскорее ушел, дабы не вытирать при нем губы, ибо это уже сверх неуважения.
Киваю, не в силах сказать вслух «да». Ни в какую баню я с ним не пойду. И вообще, хватит уже ему голову мурыжить.
Распрощавшись с Никитой, немедля отправилась в ванную. Собрав волосы в пучок, подставила лицо под воду и стала с усердием оттирать губы. Господи, ну что я делаю? Точно ненормальная. Перевела воду на прохладный режим и, несмотря на холод, стала потихоньку приходить в себя.
Из душа вышла прилично замерзшей, но отчего-то с хорошим настроением.
Натянула на себя сорочку и вышла из ванной. Возможно, это паранойя, но я точно выключала на кухне свет. Да и дверь из прихожей я точно закрывала! А закрывала ли я входную дверь за Никитой? О, Господи, только этого мне не хватало. Схватила первую попавшую вещь с полки и медленно направилась к кухне. Кажется, у меня остановилось сердце, когда я выглянула из-за проема. Это не галлюцинация. Медведев стоит возле окна, опираясь на подоконник и курит.
– Где твои секси носки, просто Мария?
Глава 15
Глава 15
Несмотря на приподнятое настроение, меня не покидает чувство зависти, когда смотрю на выбранный мною «торт» из памперсов, голубых распашонок, шапочки, пинеток и такого же цвета мишки.
Такому только такие как Маша могут радоваться, но никак не мужик. Я же, кажется, испытываю реальное чувство сожаления, что его придется подарить экс-боссу, а не оставить себе.
Из машины не хочется выходить от слова «совсем».
