Семя жизни же, и в деревне у нас купить можно, наверное, но то вдвое дороже получится. Лишний год в отмер — это уже два золотых. Даже, если бы я те бобы не глотал, всё равно не хватило бы.
— Спасибо, Сарб, — еле слышно прошептала Марга. — Подумаю я. Ты иди. Мне со своими потолковать нужно, пока на то силы есть.
Подбодрив нас с Веей угрюмым: «крепитесь», лекарь покинул землянку. Сунувшаяся было в открывшуюся дверь малышня мигом убралась, наткнувшись на мой злющий взгляд. Мы остались втроём.
— Ближе, детки, — прошептала старуха, и мы с Веей прижались к печи, клонясь лицами к Марге.
— Если выбор дадут, лучше сами, чем с Зарой. У этой шкуры с голоду передохнете.
Пробормотала быстро — и давай сопеть, воздух что есть мочи глотать. Совсем силы бабку покинули.
— За это не бойся, ба, — погладила Вея старуху по седым волосам. — Мы уже взрослые — справимся. Я справлюсь, — метнула она на меня быстрый взгляд. — А Китя — добытчик уже. К йоку Зару!
А у меня снова язык к нёбу прилип. Не знаю я, что сказать.
Услышанное от лекаря в голове не укладывается. Как мы без Марги жить будем? Нам же она всем и за бабку, и за мамку, и за кормилицу. И я даже не про горе сейчас, какое всяко малышне пережить сложно будет, а про хозяйство, про быт. Мыть, стирать, готовить, шить, кормить, лечить, следить… Столько важных «ить» — и почти все на старухе держались. Помогаем, конечно, чем можем, но малышня лишь своё малышнёвое тянет, а нас с Веей весь день дома нет.
Зара же — та ещё гадина.
Права Марга, этой противной старухе не место у нас. То будет не помощь, а вред один только. И крик бесконечный. Вреднее и злее, чем Зара, ещё поискать — невероятно склочная бабка. Такой же и раньше была, в пору молодости, что пару лет всего как у неё завершилась. Хорошо её помню до старости. Полногрудая, статная, чёрные длинные волосы. Хорошо, сыто жила, хоть и бездетная, как и Марга у нас. Многие мужики к ней похаживали. В побрякушках блестящих вечно. Работала, спустя рукава, а достаток, что многим семейным на зависть.
Вот только богатства, что отмер свой увеличить позволит, мужиков ублажая, не скопишь. Пришла к Заре старость, и прежняя жизнь в раз закончилась. Скулит теперь день-деньской, оплакивая молодые годы. Единственная одинокая бабка на весь посёлок, кто мог бы Маргу в присмотре за нами сменить."
"А про выбор… Кто нам тот выбор даст? Подсунет её нам Хван, как пить дать. От Зары же ни на какой работе нет толку.
