Его ладони прожигали ткань блузы. Спине было горячо. А в следующее мгновение горячо стало губам. Поцелуй… Дыхание перехватило. Тересу ещё никогда по-настоящему не целовал мужчина. Как он посмел?! Она сейчас вырвется и пристыдит его. Только не совсем сейчас. Чуть позже. Ещё чуть-чуть позволит ему эти чувственные упоительные движения языка и губ. Любопытство давно искушало узнать, что ощущаешь при поцелуе. Ответ оказался неожиданным. Губы горели, но не только они — сладко было во всём теле. Она сжала ладонями его плечи.
Сжала непроизвольно. А он воспринял это как команду «ещё». И стал ещё более настойчивым, ещё более откровенным и порывистым…
Но как он посмел? Разве проректорам такое позволено? Разве разрешается снимать заколку и распускать волосы студентке? Зарываться в них обеими руками? Пропускать между пальцами локоны? Сжимать то нежно, то сильно, вызывая волны мурашек? И всё это не прекращая поцелуя… Тереса обязательно возмутится и пристыдит… ух, как она его пристыдит!.
. только чуточку позже…
Глава 48. Как ты?"
"И всё-таки Тересе удалось отстраниться. Не спрашивайте как. Она сама не знала, где нашла силы. Это было почти невозможно — прервать возмутительно приятный поцелуй и оттолкнуть коварно привлекательного проректора, но у неё получилось, и, чтобы закрепить успех, Тереса сразу пошла в бой.
— Дьер Джозеф, это возмутительно! — тяжело дыша, произнесла она. — Что вы себе позволяете?!
Они сидели друг напротив друга и смотрели друг на друга шальными глазами.
Джозеф и не подумал отвечать на её вопрос, а задал свой.
— Теперь видите, что это не приворот? — он тоже пока дышал прерывисто.
Да, теперь Тереса видела. Если бы какая-то беспардонная порченасылательница наслала на Джозефа порчу, то весь его мужской интерес должен был бы сконцентрироваться на ней или, если она старалась не для себя, на заказчице. Но Джозефа не интересовала ни та, ни другая, по крайней мере, в данный момент. Зато на Тересу он поглядывал так, будто едва сдерживается, чтобы не продолжить.
Будто он имеет какое-то право смотреть на неё так, что ей самой начинает хотеться немедленного продолжения.
Чтобы не стать жертвой его провокационного взгляда, Тереса снова пошла в наступление. Она же собиралась его пристыдить — надо действовать.
— Дьер Джозеф, то, что произошло — недопустимо!
— Потому что вы без пяти минут чужая невеста? — с сарказмом приподнял он бровь.
