Безымяныш. Земля (СИ)

В руках копья, на поясах топоры. Луки с колчанами отданы слугам. Пойдут лорды пешими. Осёдланные на всякий случай лошади отведены в сторону. Здесь они не нужны. А у нас их и нет. Кони — привилегия знати.

— Арбалеты, луки скидайте, — приказывает Матвей. — Сегодня они не понадобятся. Пустота отнесёт в оружейную.

И то верно. Настолько крупную дичь стрелой, и даже болтом в утор, не свалить. Тут, если только в глаз. Это оружие будет только помехой.

— Не потеряется? — с опаской спросил Рыжий Эф, скинув со спины арбалет и колчан.

— Нет, — успокоил Матвей. — А, если и да — это не твоя проблема. Деньгой не тебя накажут.

Всё! Подъёмные вороты перестали трещать, как и цепи звенеть. Мост опущен. Повелители крови тотчас же рванули вперёд быстрым шагом. Мы следующие.

— Обождём малость. Дадим господам разобраться с гиенами, — объясняет Матвей.

И добавляет, повернувшись к нам с Сёпой:

— Дар не тратим без повода. Только, если совсем уж прижмёт, или шибко старый зверь попадётся. Работаем копьями.

Мы с отрядом Ефима выходим на мост и останавливаемся друг рядом с другом.

Я в первом ряду вместе с Лимом и Сёпой. Тут же Глист, Бровь и не уступающий Кожемяке в стати Медведушка. Старики-безымянные будут нас прикрывать. Матвей загодя объяснил, что оберегать одарённых в походах — главная задача отряда. Никакая добыча не стоит потери кого-то из нас. Мне такой подход нравится.

— На ловца и зверь бежит, — улыбается Глист, глядя на бросившихся к отряду знати гиен.

В стае только взрослые особи. Молодняк, видно, остался на замещённой лоскутом части степи.

Прилично уступающие гиенам в размерах двуногие, ошибочно представляются хищникам лёгкой добычей. Шок от появления рядом стены и канала прошёл. Или охотничий азарт просто сильнее всех прочих чувств. Массивный гривастый вожак мчится первым. Ноги разной длины делают его бег необычным. Зверь трусит словно вразвалочку.

— Хорош, — завистливо вздыхает Глист. — На такого не жалко и чуть дара слить.

И он прав. Выступивший немного вперёд лорд вскидывает пустую руку.

Та, вдруг, резко удлиняется, превращаясь в подобие пятисаженного копья, и пробивает грудь зверя. Хищник падает замертво, а рука одарённого уже прежней длины. Ничего так способность.

— Сейчас Теберан своё облако кинет, и тупо затыкают вялых.

Коренастый сутулый Бровь, получивший своё прозвище за густые чёрные брови, что срослись у волосатого дядьки в одну, знал, о чём говорил. Видать, за свои годы службы хорошо изучил все четыре отряда Великого Дома Эр-Драм.