И теперь, когда я, наконец-то, в нормальном весе… я все равно слышу то же самое. Это, блин, невероятно.
Я не знал, что на это сказать.
Общество – дерьмо. Иногда люди все неправильно понимают.
То, что ты больше, не значит, что ты нездоров, как и то, что ты меньше, не значит обратного.
Но я не мог исправить общество. Не мог забрать все те дерьмовые слова, которые люди говорили ей годами, из-за чего она перестала чувствовать себя идеальной. Я не мог заставить ее увидеть себя так, как ее видел я.
Как я всегда ее видел… Задолго до того, как она сбросила вес.
Я не мог это контролировать. Все что я мог, это любить ее. Как бы она ни выглядела.
Я обнял ее.
– Скажи мне, как это исправить.
– Ты не можешь, – выдохнула она, и слезы покатились по ее щекам. – Я просто хотела, чтобы мой парень сказал мне, что я красивая. Чтобы мы могли повеселиться на вечеринке. Я хотела на одну ночь побыть нормальной девчонкой.
Сойер была чем угодно, но не нормальной девчонкой. И именно поэтому я любил ее. Но я хотел, чтобы у нее это было.
Ведь я желал ей счастья.
Взяв ее за подбородок, я вытер с ее лица черные подтеки от туши.
– Ты красивая, Святоша. – Приблизившись, я поцеловал ее. – Пойдем повеселимся на вечеринке.
В ее глазах снова появилась искра, когда она посмотрела на меня.
– Правда?
– Ага.
Она села в машину, и тогда мой взгляд упал на… дизайнерскую сумочку, которую я подарил ей на день рождения.
Ту самую, что, как она уверяла, была не для нее.
Глава восемьдесят шестая
Сойер
– Почему ты не ешь? – спросила Дилан.
– Я заказала твое любимое.
Отвращение охватило меня, когда я посмотрела на тарелку с жареным сыром. Несмотря на урчание в животе, я лучше знала – один кусочек уничтожит все.
К счастью, я выпила пять таблеток Аддералла некоторое время назад, так что боролась только с моральным голодом.
Я отодвинула тарелку, избавляясь от искушения.
– Я поела перед выходом.
Дилан насторожено взглянула на меня.
– Зачем? Ты же знала, что мы собирались объедаться вредной едой и устроить кино-марафон сегодня.
Я не выносила то, как она на меня давила.
– Почему мы всегда объедаемся вредной едой? – Она открыла рот, но я не дала ей сказать. – Не все от природы худышки, как ты. Ты бы принесла сигареты пациенту с раком легких?
Дилан выглядела оскорбленной.
– Конечно, нет. Но Сойер, ты не… Ты никогда не была… Ты поняла.
Белая ярость заполнила мои вены. Сколько я ее знала, она всегда ходила на цыпочках вокруг этого слова, будто это была ядерная ракета.
