Бьянка, благочестивая невеста

— Мама, мама! Умоляю, забери меня отсюда, пока он не убил своими извращениями! Не могу больше терпеть! Пыталась смириться ради отца, ради брата, но если останусь здесь хотя бы на несколько дней, умру от истощения и унижения. Ты должна мне помочь, должна! — Бедняжка прижалась к матери, будто искала защиты, и затихла в слезах.

Орианна посмотрела на служанку.

— Расскажи, что произошло с моей дочерью.

— Не знаю, госпожа, — горестно ответила Агата. — Девочка ничего мне не рассказывает, но подозреваю, что муж жестоко насилует ее в своей спальне.

К тому же в доме живет коварная восточная рабыня. Антонио говорит, что она ложится в супружескую постель третьей. А муж никогда не приходит в комнату моей госпожи. Всегда приказывает ей явиться самой.

— Бьянка, — ласково обратилась Орианна к дочери. — Тебе придется рассказать обо всем, что случилось. Если не сделаешь этого, помочь не смогу. Понимаешь? — Она приподняла залитое слезами лицо и посмотрела в опухшие глаза. — Абсолютно все, с начала и до конца.

— Не могу, мне стыдно, — прошептала Бьянка.

 — Никогда не предполагала, что люди способны творить такие ужасные вещи. Он даже не пускает в дом священника, чтобы я не смогла исповедаться и снять с души страшный грех. Ах, мама, ты, наверное, даже не слышала ни о чем подобном. А началось все в первую же брачную ночь.

Сначала робко, а потом все увереннее Бьянка поведала о том ужасе, который пришлось пережить в темной спальне Себастиано Ровере.

Орианна и Агата слушали, с каждой минутой все глубже погружаясь в невыносимые страдания невинной жертвы.

Матушка плотно сжала губы, чтобы не разрыдаться, а верная служанка тихо плакала и жалела, что несчастная девочка не открылась ей раньше: уж она-то нашла бы способ известить семью Пьетро д’Анджело о жестоком надругательстве над дочерью. Рассказ продолжался целый час — и вот, наконец, Бьянка дошла до последней, самой тяжелой, гнусной ночи.

— Принеси моей дочери плащ, — коротко приказала Орианна.

Агата стремительно выбежала из комнаты, а спустя мгновение вернулась с накидкой, заботливо укутала молодую госпожу и только после этого взглянула на синьору.

— Куда мы направимся?

— Куда-нибудь. Главное — уйти из этого дома, чтобы больше никогда сюда не возвращаться. Клянусь, Бьянка: впредь ты этого человека не увидишь. Не позволю ему прикоснуться к тебе даже пальцем.

— Но ведь отец… — робко произнесла Бьянка.

Орианна не позволила договорить.

— Спрячу тебя в монастыре Санта-Мария дель Фьоре, недалеко от города.