Бьянка, благочестивая невеста

Стоит ли удивляться, что отец запаниковал и пожертвовал старшей дочерью ради спасения репутации жены и остальных детей? В следующий приезд в город надо будет навести справки.

Послышался глухой раскат грома, и Дариус испуганно заскулил.

— Теперь я знаю, кто вы такая, и ни за что вас не предам, — тихо пообещал Амир.

Бьянка взглянула прозрачными аквамариновыми глазами, в которых захотелось утонуть, и прошептала:

Не удержавшись, принц легко прикоснулся губами к очаровательным пухлым губкам, однако она тут же отстранилась и уперлась ладонями в грудь.

— Нет, синьор, — произнесла укоризненно. — Не забывайте, что я приличная женщина. До тех пор, пока не получу развода, я жена Себастиано Ровере и не рискну умножить свои грехи прелюбодеянием.

— Но у вас нет никаких грехов, да и быть не может! — горячо воскликнул Амир, сжал тонкие пальцы и поцеловал.

— Дождь закончился. Мне пора домой. — Она осторожно убрала с плеча тяжелую сильную руку и внезапно ощутила одиночество. А ведь только что было тепло, уютно, спокойно.

Так хорошо она не чувствовала себя целый год, даже больше. Вздохнув, на прощание потрепала Дариуса по голове, выскользнула из пещеры и побежала к ведущей в гору тропинке.

Амир стоял неподвижно и смотрел вслед; на губах остался вкус мимолетного поцелуя.

В Турции у принца Амира ибн Джема остались две жены. Он взял обеих по просьбе деда, однако до сих пор не знал любви и не держал гарема ради удовлетворения собственных плотских прихотей. И вот, стоя на пляже, внезапно понял, что страстно влюбился в прекрасную флорентийку, дочь торговца шелком.

В ту, которая ни за что не согласится на тайный роман — какой бы одинокой и несчастной себя ни чувствовала. До тех пор, пока Себастиано Ровере считается ее мужем, надеяться не на что. А это означает, что необходимо срочно принимать меры.

Настанет день, когда любимая освободится от ненавистных оков, и тогда он отвезет ее в свой дворец на берегу Черного моря. Подарит счастье и заставит забыть о тяжком прошлом.

— Я люблю ее, Дариус, — признался Амир верному другу.

 — Буду любить вечно, что бы ни говорили ее и мои родственники. Остается одно: молиться, чтобы она разделила мое чувство. Теперь точно знаю, что нашел вторую половину своей души.

— Пресвятая Дева! — воскликнула Агата, завидев госпожу. — До чего же я рада, что вы, наконец, вернулись! А где прятались во время ливня?

— Стояли внизу, в пещере. Дождь начался внезапно, и убежать никуда не успели, — ответила Бьянка. — Казалось, потоп никогда не прекратится.