Бьянка, благочестивая невеста

Принцу Амиру можно посочувствовать: его дом намного дальше, а дождь пошел снова.

На несколько дней прогулки пришлось прекратить: погода не выпускала за порог. Да это и к лучшему, решила Бьянка. Мимолетный невинный поцелуй неожиданно взбудоражил. Хотелось, чтобы он продолжался бесконечно, но милостью святой Анны, которой она ежедневно молилась, удалось вернуть и здравомыслие, и вспомнить о приличиях — пусть даже вопреки себе. Губы Амира оказались восхитительно теплыми и мягкими, а свежее дыхание заворожило. До сих пор она даже не подозревала, что простой поцелуй способен согреть, приласкать и прельстить, но во время дождя в пещере именно так и случилось.

Неожиданные ощущения обещали значительно больше того, что она имела право принять в настоящий момент. Изменится ли что-нибудь в будущем?

Губы Себастиано были холодными и жесткими, дыхание вызывало отвращение. Поцелуй мужа требовал полного подчинения. А краткое, но восхитительное прикосновение принца таинственным образом открыло путь к неизведанному блаженству.

Той ночью Бьянка уткнулась в подушку и долго плакала, потому что впервые в жизни поняла, что такое истинное вожделение. Ах, если бы только родителям удалось добиться развода! Вырвавшись на свободу, она никогда больше не позволит мужчине себя поработить.

Она готова принять Амира в качестве любовника — ведь все его поступки в последние дни откровенно говорили о желании. Любит ли он ее? Было бы замечательно, если бы любил, но, в общем, это неважно. Она бы с радостью стала его подругой, что бы ни говорил свет.

Но замуж она больше не пойдет. Никогда. Никто не сможет ее переубедить.

Утром, к огромному удивлению и еще большей радости, из Флоренции прибыл курьер с письмом. Бляха на его груди гордо свидетельствовала о службе дому Медичи. Джемма накормила посыльного и узнала, что путь его лежит в Пизу: необходимо отвезти в семейный банк послание могущественного Лоренцо.

Прежде чем развернуть лист пергамента, Бьянка позвала Агату: хотелось разделить с верной горничной новости, будь то хорошие или плохие.

Сломав красную печать с изображением купола собора Святого Марка — мама всегда прикладывала к расплавленному воску свой перстень, — она раскрыла письмо и увидела знакомый элегантный почерк Орианны.

«Дражайшая дочь. Новости совсем не те, которые я мечтала сообщить тебе после долгой разлуки, но еще не все потеряно. Теперь уже весь город знает о том, что ты оставила Себастиано Ровере и что мы добиваемся развода.