Нам подождать или как?"
"«Девочки», самой младшей из которых явно стукнуло шестьдесят, всплеснув руками, побежали на рабочие места, и мы с Майей Леонидовной остались вдвоем.
— Еще кофейку? — засуетилась директриса. — Прямо праздник сегодня! Не балуют нас писатели своим вниманием, уж и не помню, когда последний раз приходили.
— Давно тут библиотека открыта? — стала я осторожно прощупывать почву.
— Она здесь всегда была, — закивала Майя Леонидовна.
— А мне казалось, ранее в помещении работала пельменная «Холодок».
— Верно, мы находились левее, — бойко ответила начальница, — занимали всего сорок метров. Затем письма жильцов дома возымели действие, пельменную, слава богу, прикрыли, ее помещение отдали нам.
— Почему «слава богу»? — прикинулась я идиоткой. — По-моему, очень удобно, когда рядом находится предприятие общественного питания. Можно не готовить, не думать о продуктах — зашел, поел, никаких забот.
Майя Леонидовна закатила глаза.
— Виола Ленинидовна, милая! Да ведь тут просто шалман гудел! Жуткое место! Крики, песни! Одно название «Пельменная», а на самом деле распивочная, место встречи сброда алкоголиков, уголовников.
Марьина Роща, увы, издавна имела славу хулиганского района, и пресловутый «Холодок» был здесь своеобразным центром. Бедная Теодора Вольфовна… Вот уж кто пострадал больше всех! Угораздило же ее выйти замуж за Валерия Павловича. Хотя, говорят, любовь зла.
— Кто такая Теодора Вольфовна? — вылетел из меня новый вопрос.
Майя Леонидовна прищурилась, потом шутливо погрозила мне пальцем.
— Ох, Виола Ленинидовна… Мне книги Арины Виоловой, хоть они и несерьезное чтение, очень нравятся. Я все сообщения о вас в газетах изучаю и сейчас понимаю: новый детектив пишете, да?
— Верно, — кивнула я, — похоже, вы проницательны без меры.
— И след привел к Валерию Павловичу?
— Не знаю, кто он такой, — честно призналась я. — Но у меня есть фото, вот смотрите. Еще я в курсе, что квартира за железными ставнями принадлежала некоему Прыщу.
Майя Леонидовна задумчиво принялась перебирать снимки, потом отложила тот, где были запечатлены две девочки.
— Боюсь ошибиться… — пробормотала она.
— Вы знаете школьниц?
— Ну… стопроцентной уверенности нет… Очень похожи… Старшая Марина. А вот как ее сестру звали, не вспомню. Такое имя простое… Оля? Нет. Маша? Хотя… Катя! Да, Екатерина, точно! Марина и Катя. Старшую дочку мать, очень романтичная женщина, назвала в честь поэтессы Цветаевой.
