Элис пропускает его слова мимо ушей.
— Вид просто чудесный. Нагулялась вволю. И знаешь что, Билли? Примерно в четверти мили отсюда в лесу стоит хижина.
Баки кивает:
— Ага. Летний домик. Вернее, был им в незапамятные времена, а сейчас заброшен.
— Ну, выглядит он вполне прилично. Сухой, чистый, есть стол и стулья. Если дверь открыта, даже солнце внутрь попадает. Ты мог бы работать там над своей книгой, Билли. — Она медлит. — Если захочешь.
— Может, и захочу. — Он поворачивается к Баки: — Давно ты владеешь этим домом?
— Лет двенадцать? — поразмыслив, отвечает Баки.
— Нет, скорее, четырнадцать. Как летит время, а! Раз или два в год я сюда приезжаю на недельку или хотя бы на выходные. Просто чтобы примелькаться в городе.
— А кем представляешься?
— Элмером Рэндольфом. Вообще это мои настоящие имена — первое и второе. — Баки встает. — Смотрю, вы и яйца купили. Самое время для уэвос ранчерос!
Он уходит в дом. Билли встает и хочет последовать за ним, но Элис хватает его за руку чуть повыше запястья. Он вспоминает, как под проливным дождем тащил ее через дорогу, как меж полуприкрытых век мутными мраморными шариками поблескивали белки ее глаз.
К счастью, теперь это другая девушка. Просто чудо что за девушка.
— Я могла бы здесь жить, — повторяет она.
Глава 18
1
Из уважения к гостям Баки курит на веранде, хотя весь дом населен пахучими призраками сотен сигарет «Пэлл-Мэлл», которые он успел выкурить здесь после переезда из Нью-Йорка. На следующее утро, когда Элис отправляется в душ (и начинает там петь — самый верный признак того, что она приходит в себя), Билли выходит к Баки на веранду.
— Говорят, ты книгу пишешь, — замечает Баки.
Билли смеется.
— Вряд ли моей писанины хватит на настоящую книгу.
— Говорят, мол, сегодня ты захочешь над ней поработать. В летнем домике.
— Возможно.
— А книга, мол, отличная.
— Вряд ли ее литературного багажа достаточно, чтобы об этом судить.
Эту тему Баки решает не развивать.
— Я подумал, мы с ней можем съездить в город, прикупить чего-нибудь, чтобы не отвлекать тебя от работы.
Тебе нужен новый парик, а ей всякие женские штучки. Не только краска для волос.
— Когда вы успели это обсудить?
— С утра. Я обычно встаю около пяти — вернее, мочевой пузырь меня поднимает. Сделав дела, я вышел покурить на веранду, а она тут как тут. Мы вместе смотрели на восход. Ну, и поболтали заодно.
— Как тебе ее состояние?
Баки прислушивается к доносящемуся из душа пению.
— Тебе самому-то как?"
"— По-моему, у нее все неплохо.
