"Ольга Лаврова, Александр Лавров
Из жизни фруктов
1
При московских рынках (не при всех) есть небольшие гостиницы. Не то что второразрядное — десятиразрядное пристанище для тех, кто привез товара не на один день.
И вот с утра в коридоре такой гостиницы появляются трое здоровых парней и четвертый, тоже не хилый, которого назовем по фамилии, поскольку он будет фигурировать в последующих событиях; это Шишкин.
Парни деликатно стучат в номер.
— Входите, не заперто, — доносится мужской голос.
Компания входит, затворяя за собой дверь, и в номере с места в карьер завязывается потасовка.
— Да вы что?!
— А вот что! Счас поймешь!
— За что, ребята?..
Пожилая женщина опрометью кидается прочь. Выбегает из подъезда, суматошно дует в милицейский свисток, кричит в пространство:
— Помогите! Люди добрые, помогите!
Немногочисленные «добрые люди», приостановившись, глазеют издали.
Спугнутые свистком, вываливаются те четверо, видят, что свистит всего-навсего дежурная, испуганно умолкшая при их появлении.
— Поймала, мамаша! — усмехается Шишкин.
— Держи-хватай! — И парни неторопливо направляются к стоящему неподалеку «Москвичу». Шишкин вразвалку шагает последним.
Набравшись храбрости, дежурная пускает еще одну дрожащую трель. Шишкин раздраженно оглядывается, и ненароком оказавшийся поблизости Томин успевает его перехватить.
— Чего лезешь не в свое… — начинает Шишкин, но осекается при виде удостоверения.
А парни, собравшиеся было на выручку, пушечно хлопают дверцами, и «Москвич» рвет с места. Томин, проводив взглядом заляпанный грязью номер, поворачивается к Шишкину.
— МУР, значит? — не слишком испуганно произносит тот. — Тогда, конечно, в своем праве. С МУРом кто спорит…
— Что тут?
— Ничего особенного…
— Ничего особенного, да? — восклицает дежурная. — Ни за что ни про что кинулись человека бить!
— Мамаша, побереги нервы.
— Заявились в гостиницу… слышу крики…
— Пошли, — командует Томин, перехватывая руку Шишкина повыше локтя.
Дурацкий характер: на кой шут старшему инспектору заниматься разбирательством драки, да еще в выходной? Но автоматика срабатывает — что называется, не проходите мимо.
Знал бы он, сколько неприятностей навлечет на свою голову!
В отделении милиции, куда доставлены Шишкин и побитый Панко, взъерошенный, со ссадиной на скуле, Томин ведет разбирательство с участием дежурного милиционера.
— Спекулянт, товарищ майор! — возмущается Шишкин. — Дерет с рабочего человека без зазрения совести!
— Я сам рабочий человек! — срывается на крик Панко.
