"Эрл Стенли Гарднер
Дело о двойняшке
Глава 1
Мьюриель Джилман вышла из столовой в кухню, осторожно придерживая дверь, чтобы она не хлопнула и таким образом не побеспокоила мачеху Мьюриель – Нэнси Джилман, которая обычно не вставала раньше полудня, или дочь Нэнси, Гламис, всегда поднимавшуюся в разное время.
Отец Мьюриель, Картер Джилман, в это утро особенно проголодался и попросил добавки – яичницу из одного яйца с кусочком домашней колбасы из оленины. Просьба показалась Мьюриель настолько необычной, что она была практически уверена, что отец передумает, если она не станет торопиться, а даст ему возможность изменить решение.
Поэтому девушка не спешила на кухню. Однако, после того как она определенно поняла, что отец не только намерен съесть дополнительную порцию, но уже начинает раздражаться, потому что дочь не выполняет его просьбу, Мьюриель отправилась к плите. Картер Джилман остался за столом с утренней газетой. Он читал и хмурился. Мьюриель включила правую конфорку электроплиты.
Девушка прекрасно понимала своего отца. Она улыбнулась, вспоминая его последнюю попытку сбросить вес. Не исключено, что эта добавка во время завтрака – протест против вчерашнего малокалорийного ужина.
Они жили в большом, трехэтажном старомодном доме, который немного перестроили после смерти матери Мьюриель. Девушка родилась здесь, знала в нем каждый закуток и любила огромный особняк.
Иногда Мьюриель испытывала раздражение, вспоминая, что теперь спальню ее матери занимает Нэнси, однако подобное происходило только в отсутствие мачехи.
Вторая жена Картера Джилмана была яркой, оригинальной личностью с огоньком в умных глазах и смотрела на окружающий мир несколько иначе, чем обычные люди. Она определенно выделялась из общей массы, и никто не мог сердиться на Нэнси Джилман, встречаясь с ней лицом к лицу.
Колбаса сильно замерзла в холодильнике, поэтому, чтобы ее разогреть, потребовалось несколько больше времени, чем предполагала Мьюриель.
Девушка довольно поздно включила плиту – только когда заметила, что отец начал раздражаться, поэтому не рассчитала время. Она разбила яйцо на уже слишком горячую сковородку. Белок поднялся, пошел пузырями, и ей пришлось быстро снять яичницу с плиты. Яйцо немного пошипело в горячем масле, а потом опустилось.
Отец Мьюриель не любил твердую корочку внизу или по бокам яичницы, предпочитая ее слабо прожаренной.
