Бисцион-3

А сам вынес на руках ребенка и пока шел, боялся, что Диана передумает, побежит за ним и выхватит белый сверток. Но за ним никто не бежал, никто не рыдал вслед. Он оставил герцогиню на попечение камеристки Марты, а позже к ней присоединились Агнесса и Реджина.

Ребенка, завёрнутого в белую простынь, он занес в часовню и передал отцу Аццоне. Тот уложил малыша в маленький деревянный гробик и перекрестился.

На утро, когда Стефано вернулся, чтобы проститься с сыном, возле его гроба уже было полно красных цветов.

Всю ночь жители Милана несли их, выражая скорбь.

Хотелось, чтобы этот момент жизни быстрее закончился. Хотелось после похорон маленького Лучано Висконти, перелистнуть страницу. Хотя Диана еще долго будет скорбеть по нему.

Тело малыша было погребено и покрыто плитой, над которой возвышался ангел, сложивший ладони в молитвенном жесте. Его создавали умелые мастера, не спавшие всю ночь. Ангел плакал и скорбел вместе со всеми. А на плите виднелись буквы, говорящие о том, что здесь покоится Лучано Висконти сын герцога и герцогини Висконти.

Последняя красная роза была положена его отцом. Рука Стефано дрогнула, он шептал молитву и произнес слова прощения за то, что малышу пришлось пожертвовать собой.

А после этого он пришел к Диане, обнял ее крепко, слыша, как она снова расплакалась ему в грудь. Он гладил ее по волосам и давал время на то, чтобы она выплакала все слезы. Герцогиня переоделась во все черное, в ее прическу были вставлены черные цветы, а на плечи она накинула черную накидку.

Теперь она еще долго не снимет этот цвет. И Стефано надо было набраться терпения, чтобы время затянуло раны, и вновь Диана облачилась бы в повседневные цвета.

Он с трудом заставил ее открыть тяжелые портьеры на окне. Но солнечный свет был необходим, герцогиня побледнела. Она плохо ела и несколько недель не выходила из своих покоев. Ее жизнь остановилась, а вот политическая жизнь Стефано продолжалась. Он не мог дать себе слабину и уйти от повседневных забот.

Через некоторое время после похорон малыша, вернулась делегация из Венеции во главе с Филлипо Барбаро.

Он прибыл с похорон леди Изабеллы и так получилось, что прибыл к горестным событиям в Милане.

— Господь с вами, Ваша Светлость, он вас не оставит,— произнес Филлипо, оставшись наедине с герцогом,— в Венеции узнали о вашей трагедии и дож передал вам письмо.

Он протянул герцогу конверт и Стефано с нежеланием взял его. Наверно Фоскари ликовал от этой новости.