Бисцион-3

Что стоило ей расправить широко плечи, когда хотелось согнуться? Что стоило ей устоять на ногах, чтобы показать всем, что она сильная и готова дать отпор? Даже ценой жизней своего народа:

— У нас разное понятие счастья, лорд Доменико. Я буду бороться до последнего вздоха, но я никогда не стану вашей,— она нагнулась, достав клинок и направила острие на Доменико,— уйдите прочь с моих земель!

Но что клинок против его брони? Диана развернула острие к себе и прикоснулась им к своей груди:

— Если вы сейчас же не покинете мою землю, клянусь Господом, я убью себя.

Доменико явно не ожидал такой реакции, на какое-то время он не знал, как ему действовать, поэтому сделал шаг назад.

— Еще!— Закричала Диана и сильнее ткнула себя острием ножа, из раны тут же хлынула кровь, но на черном одеянии она была не столь видна, зато очень чувствительна,— я буду до конца своих дней женой своего мужа. И никто не лишит меня этого права!

Он молча отступил еще на два шага назад, явно ошарашенный этим действием:

— Вы безумны тоже, Ваша Светлость, я предлагаю вам жизнь в любви и достатке, но вы явно выбираете смерть!

— Я выберу смерть вместе с моим народом, с нашим герцогом и на нашей земле, чем жизнь рядом с вами.

Уходите прочь, лорд Доменико и забирайте вашу армию. Я уверена, что против миланской армии у вас нет шансов на выигрыш! Вас будет ждать поражение.

— Поражение меня не ждет, — уже спокойно ответил Доменико и пошел за ворота города, но остановился и обернулся,— потому что я наступаю с юга, а часть моей армии идет с севера.

Стефано Висконти не ждет такого нападения, мы окружим его войско, захватим и разобьем. Это будет для него неожиданно и фатально. Я надеюсь, что вы попрощались с ним? Но я вернусь, Диана… За вами. Хоть вы и не заслуживаете моей любви к вам, но видимо, Господь подумал иначе.

Рука Дианы ослабла и она опустила клинок, чувствую боль в груди. Но болела не рана, болело сердце. Она наблюдала, как Доменико садится в седло, берет поводья в руки, но не торопился уезжать.

Наоборот, он подъехал ближе, хотя стражники уже закрыли ворота:

— Вы не представляете, что я сделал ради вас. Теперь я вижу, что вы вряд ли оцените это, но все же, я скажу. Иного пути нет, начнется великая война, в которой погибнут тысячи людей. Теперь любая тайна должна быть раскрыта. Вы правы, ваш муж не убивал мою сестру.

Диана остолбенела, внимательно слушая его. Ее рука с клинком повисла, а ноги пошли к воротам.