Бить нужно смело

Гибкое, тренированное тело справилось с задачей гораздо быстрее изнеженного свободой мозга. Сталь скользнула по предплечью, привычно опускаясь в ладонь, и после короткого замаха беспрепятственно вошла в выемку над ключицей. Мужчина зарычал, его хватка ослабла, и этого мгновения хватило, чтобы Влада выкрутилась и стала у него за спиной. Следующее решение приняла не она, а жизнь, которая бывает самым жестоким учителем. Лезвие легко скользнуло по горлу, вызывая булькающий хрип. Нападавший плавно опустился на колени, а после этого рухнул навзничь.

И вот тогда, наконец, пришло осознание.

Влада пыталась отдышаться и понять, что сейчас произошло, но никаких толковых мыслей в голову не приходило. Она даже наклонилась, чтобы перевернуть мужчину, но его лицо, теперь совершенно неживое, правда, и без нелепого, дурашливого выражения… это лицо было ей незнакомо. Они никогда не пересекались прежде и не могли иметь взаимных претензий.

– Что у тебя? – Раздался над головой строгий голос, и Влада реально вздрогнула.

Чупа толкнулся холодным носом в ладонь.

– Надо вызвать полицию и скорую, – решительно заявила она, на что бывший с готовностью кивнул:

– Ага, сейчас! – странно усмехнулся он и с силой толкнул её в сторону своей машины. – Не думаю, что все эти опричники ему пригодятся, – добавил Багдасаров, поторапливая Владу и не позволяя ей обернуться.

– Нет, ты не понимаешь! – несколько растерянно попыталась она возразить, но мужчина уже захлопнул дверцу автомобиля.

– Расскажешь по дороге! – без особой заинтересованности бросил Багдасаров, усаживаясь на водительское кресло, и рванул с места.

Чупа неловко завалился под сидения, но едва ли выглядел расстроенным.

На следующем повороте из машины полетели мобильные телефоны, а немой укор в глазах мужчина предпочёл не замечать. Влада притихла, не смела возразить, потому что именно сейчас пыталась прислушаться к себе. Стоило признать, что она давно перестала зависеть от этой адреналиновой бомбы. Размеренная жизнь сделала своё дело и превратила некогда обострённое чувство опасности в бесформенное желе.

Былой азарт растворился в ежедневных заботах, а желание с пеной у рта отстаивать собственную правоту поросло мхом и плесенью. Она повзрослела.

– Ты как? – Прозвучал будто бы взволнованный голос, на что Влада с некрасивой, кривой ухмылкой, агрессивно передёрнула плечами.

– Мне не жаль, – сухо заключила она и напряжённо прищурилась, словно пытаясь вскрыть пространство перед собой.