Бить нужно смело

Ни удовольствие, ни охватившее безумие.

В один момент её силы закончились. Совсем. Влада почувствовала, насколько сильно устала, насколько опустошена. Будто и не жила без него. Будто оставила ему всё, а с собой, точно неудачливый вор, унесла только оболочку. Из глаз покатились слёзы. Теперь без боли и без горечи. Влада вдруг заметила, что сидит на кровати, а Юра на полу, у её ног. И только его губы, что так и прижимались к коленкам, держали её на этом свете.

Она провела ладонью по его волосам на макушке, с удивлением посмотрела на свои пальцы, которые будто скучали по этому прикосновению, так сейчас дрожали, требуя повторить.

К горлу подкатил ком, в груди разрасталась досада. Потому что всё оказалось бессмысленно. И только улыбка на губах не вписывалась в эту историю. Улыбка и вызов в голосе, что вдруг показался чужим.

– Багдасаров? – фыркнула Влада, требуя внимания.

Когда мужчина не отозвался, она потянула его за волосы, заставляя запрокинуть голову.

– А давай потрахаемся? Я честно отработаю, обещаю.

В этот раз без приколов и истерик, – сглотнула она, будто дальше придётся поклясться на библии.

Жгучий взгляд буквально размазывал сознание.

– Ну не могу я так, понимаешь ты это или нет?! – Влада закричала и забилась в крепких руках. Юра удержал. Как обычно. – Я так не могу… – болезненно зажмурилась она и растёрла лицо онемевшими ладонями.

Отдышалась, опомнилась, будто пьяно улыбнулась.

– У тебя был шанс отработать честно. Ты им не воспользовалась. – Прозвучал его голос. Скрипучий и сухой.

Сердце Влады забилось чаще.

– Давай сейчас, Юр?! Я согласна сейчас! – упрямо втирала она, как вдруг наткнулась на непроницаемое лицо со стеклянным взглядом.

Багдасаров расправил плечи, стёр с её коленок последний, особенно долгий поцелуй.

– Нет. Ты мне должна, родная. И помни: однажды вся эта херня с твоими приключениями закончится, и тогда мы… не потрахаемся, нет… мы поговорим.

Влада замерла, пытаясь осознать, что он только что сказал. Даже, наверно, не дышала, боясь спугнуть непривычное чувство умиротворения и покоя, что буквально расцвело внутри.

Ведь Багдасаров мог потребовать взамен что угодно. Ведь мог… Но он хотел только поговорить. И это был тот самый случай, когда Юра всё же сдержит слово.

Плечи Влады в какой-то момент опали, а по телу разлилась усталость. Настолько явная, что она даже не думала этого скрывать. Только совершенно несчастно вздохнула и будто виновато развела руками.

– Прости меня, – прошептала, так и не осилив улыбку.