Бить нужно смело

Интуиция подобралась и мерзко скребла коготками, а отсутствие бывшего за спиной обеспокоило особенно.

– Что ты там возишься?! – нахмурилась Влада, а Багдасаров вскинул руки и забавно потрусил в её сторону.

– Что такое, сладкая? Член в твоих штанах после пронзительной речи слегка помялся? – принялся он дурачиться. Влада повела плечом и мстительно прищурилась.

– Страшно подниматься туда одной. Хочу, чтобы ты держал меня за руку, – довольно резко отчеканила она, но тут же выдала издевательский смешок: – Как тебе такое, дорогой? Съел?

Полноценной битвы не случилось, но удалось смахнуть неприятное напряжение.

За это Влада была бывшему благодарна. Он легко считывал её плохо уловимые желания и так же легко «терялся» в момент, когда места на сцене не оставалось. Таким он был далеко не всегда, но именно сейчас оказался готов поработать и грушей для битья, и жилеткой, а при случае даже мужиком. Жаль, что в последнем Влада нуждалась не особо часто.

Выйти из лифта Влада отчего-то не торопилась. Она глупо пялилась Багдасарову в спину и прислушивалась к сердцу, которое билось всё чаще, всё сильнее.

И рука, в которой держала ключи, отчего-то мелко, но ощутимо подрагивала. Бывший обернулся и нахмурился, но задавать вопросов не стал. Вытянув Владу из лифта, он перехватил ключи и ловко справился с замками.

Владу замутило, и она поторопилась прикрыть рот ладонью. Дело было в запахе. В том самом, который Багдасаров отчего-то не слышал, а вот она уловила ещё до того, как дверь распахнулась.

Запах её вины, её предательства и её ошибки.

Лицо бывшего перекосилось в отвращении, а в ней самой забилось чувство опасности. Юра попытался захлопнуть дверь, но Влада собралась с мыслями куда быстрее и всё же переступила порог.

«Мы тебя не дождались» – было написано во всю стену у изголовья кровати. Это оказались крупные буквы с жуткими густыми потёками до самого пола. Странно, что сначала она заметила эту надпись… Ведь светлая прежде комната мало напоминала неуютный, но всё же дом. Теперь это была лавка мясника.

И отвратный запах буквально бомбил сознание.

Надпись была сделана кровью. Кровью был пропитан диван. А пол, стены, окна украшали мелкие и крупные брызги, местами переходящие в багровые разводы. Страшное месиво яркими бликами пестрило перед глазами, но мозг отчаянно отказывался выделить суть. Влада сделала шаг и почувствовала, как под кроссовками заскользило что-то вязкое. Багдасаров придержал её за локоть, не позволяя пройти вперёд.