Битая грань

— Ваш заказ, Александр, будет готов через три минуты буквально. Уже пакуют, — сообщил Ольшевскому, который частенько здесь и обедал, и домой брал раньше, да и теперь, чтоб Кате полегче. — И от нашего шеф-повара там личный комплимент вашей даме, Екатерина покорила его своей игрой, он был на открытии вашей выставки. Везите осторожно, — улыбнулся парень, точно зная, что чаевыми их не обидят.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Санек, улыбнувшись в ответ. — Она будет рада.

— Мы старались. Пойду принесу, — и официант удалился в сторону кухни.

Хорошая новость, и Катюша точно обрадуется, обожала их десерты из фруктов.

Плохо только то, что Виталий сидел все еще тут и внимательно слушал.

— Читал я про твою галерею, — словно уловив, о чем Санек подумал, тут же заметил Лысенко. — У вас там серьезное событие недавно было, да? Все сливки, судя по фото и статьям в сети, да и в новостях какой-то канал крутил сюжет. Так это твоя женщина играла? — уточнил Виталий. Вот только показалось, что он уже и так в курсе был.

— Ну? — не особо приветливо отозвался Санек, явно дав понять, что откровенничать — не намерен.

— Это же Михи Коршуна дочь, нет? — не отреагировал на намек Лысенко.

Ольшевский промолчал, махом допив свой кофе. Твердо и с предостережением посмотрел на визави.

— Ты всегда был к этой семье близок, — вроде и не переходя границ, протянул Виталий. — Теперь вот, породнился.

— Что именно? — резковато хмыкнул Санек, заметив, как к нему от кухни уже идет официант с пакетами. Поднялся навстречу.

— Да вот не дает мне покоя та партия стволов моих, — чуть тише, но как-то сквозь прищур, поглядывая на него снизу вверх, протянул Виталий.

Санек пренебрежительно скривился, так, чтоб сразу было ясно: тема не интересна.

— Каких «твоих стволов», Виталий? Тебе вернули деньги. А оружия так и не нашел никто, — передернул плечами, набросив пальто.

— Точно не нашел? А Катерина твоя не в курсе, куда ее батя мог то спрятать?

Ему вообще все эти намеки не нравились. Как и, в принципе, интерес Виталия к Кате.

— Она была ребенком. Оставь ее в покое. И про оружие то забудь уже, ей-богу. Прошлое. Тем более что ты как раз меньше всех в накладе остался. При своих же деньгах, — резко, отрывисто, но тихо обозначил акценты Ольшевский, сопроводив слова выразительным взглядом, в котором не прятал угрозы.