– Ворота закроешь, – велел он, прежде чем выйти.
Даша промолчала. Оживлялась она лишь по ночам, жадно получая скупые мужские ласки. Утром ходила надутая, без конца спрашивала, когда же наконец Барвин получит свои мифические пятьдесят тысяч долларов. Ему это смертельно надоело, но деваться было некуда. В буквальном смысле.
Выехав из деревни, Аркадий осторожно повел «Фольксваген» по разбитой дороге, насвистывая песенку про скалолазку. Возле небольшой рощицы пришлось притормозить, потому что проезд перегородила синяя «Нива», высоко сидящая на колесах.
Радиатор, бампер и номерной знак были забрызганы грязью.
– Ну, чего вы тут торчите? – крикнул он, высунувшись из окна.
– Забуксовали, – откликнулся мужчина средних лет, тоже выглянувший наружу.
Увидев пятнистый офицерский бушлат, Барвин похолодел. Он хотел дать задний ход, но, глянув в зеркало, заметил, что со стороны деревни приближается еще одна «Нива», но зеленая.
– Помоги толкнуть, – попросил мужчина, выбираясь из машины.
Его спутник точно в таком же бушлате смотрел на Барвина поверх распахнутой дверцы и улыбался.
Зубы у него были желтые и корявые. Даже с расстояния пятьдесят метров было видно, что этот тип много курит и глушит крепкий чай или кофе.
– Сейчас, – сказал Барвин, покидая водительское сиденье.
«Фольксваген» Валеры не был предназначен для гонок по пересеченной местности. Решись Барвин съехать с дороги, он неминуемо застрял бы, тогда как «Нивы» при кажущейся неказистости обладали всеми качествами вездеходов.
Выпрямляясь, Барвин достал пистолет. Защелка магазина зацепилась за ткань ветровки. Дернув оружие, он услышал треск рвущейся материи. В тот же миг со стороны синей «Нивы» раздался сухой выстрел, похожий на хруст переломанной ветки. Лобовое стекло вмялось и украсилось белым пятном, напоминающим паутину. Барвин послал пулю в ответ. Это был не самый удачный выстрел в его жизни. Целые и невредимые мужчины в бушлатах присели возле машины и открыли беглый огонь.
– Не стреляйте! – заорал Барвин, делая вид, что собирается бросить пистолет и поднять руки. – Я сдаюсь, сдаюсь!
Сзади тоже захлопали выстрелы. Аркадий, решив не отстреливаться, бросился наутек, петляя, как заяц.
– Стоять! – закричали преследователи. – Стоять, гнида.
Барвина толкнуло в плечо, он упал и, пробежав пару метров на карачках, вновь вскочил на ноги. Вторая пуля впилась ему в ягодицу, после чего джинсы моментально сделались мокрыми и тяжелыми.
