Кое-как доковыляв до кустов, Аркадий повалился на траву, благодаря бога за то, что не выронил в суматохе пистолет.
– Подходите, гады! – истерически завопил он. – У меня для каждого пуля заготовлена.
Сквозь ветки было видно, как пятеро или шестеро мужчин рассыпались редкой цепью, намереваясь окружить жертву в роще. Чуть не застонав от бессилия, Барвин выстрелил в одну из зеленых фигур. В ответ по кустам ударили из автомата, да так, что листья посыпались на землю, словно сшибленные градом. Упираясь локтями в землю, Аркадий выстрелил еще раз.
Ближний к нему мужчина с желтыми зубами схватился за лицо и замычал, шатаясь из стороны в сторону. Падая, он отнял ладони от лица, и Барвин увидел кровавое месиво. Осколки зубов, торчащие оттуда, показались ему уже не желтыми, а неправдоподобно белыми.
Но тут пули настигли и его, с шипением прожигая ветровку. Сотрясаясь, как от ударов лома, Аркадий приник к земле, а когда поднял голову, ничего не увидел. Все было красным, абсолютно все.
Руки с пистолетом Барвин не чувствовал, как не чувствовал остальных конечностей."
"– Сдаюсь, – прохрипел он. – Не надо, не надо, не надо.
– Надо, Федя, надо, – донеслось до него откуда-то издалека.
Шутка была встречена смехом.
– Не надо, – повторил Барвин, заплакал и пополз куда-то, неуклюжий, как раздавленное насекомое.
Ему представлялось, что он двигает локтями с невероятной быстротой, удаляясь от преследователей. Ведь он не мог погибнуть. Кто угодно другой, только не он.
Осознав эту простую, прекрасную истину, он заплакал уже не от боли, а от счастья. Пуля проломила ему затылок, свет померк, будто в голове выключили какой-то волшебный фонарь. В навалившемся мраке бешено закружились яркие искры и исчезли. Вместе с ними исчез отставной прапорщик Аркадий Барвин.
Часть четвертая. Удар отсроченной смерти
1
Уединившись с Мышкевичем в кабинете, Мирослав Корчиньский в который уже раз просмотрел видеоролик, проливающий свет на тайну крушения польского «Ту-154».
Обмениваясь короткими репликами, состоящими в основном из междометий и восклицаний, они смотрели, как безобидные внешне машины выдувают дым. Ветер разносил его по округе, придавая ему вид тумана. Еще более реалистичным и густым он делался от разбрасываемых вокруг дымовых шашек.
Люди, швыряющие шашки и управляющие генераторами тумана, были одеты по-военному, а их лица надежно укрывали матерчатые маски с прорезями для глаз и ртов.
