Наибольший интерес вызвал французский улей в виде торса обнаженной женщины, однако появление Кэтрин-Екатерины Мищенко заставило всех переместиться на птичий двор с гусями и павлинами. Рядом бродили куры и раскормленные коты с оранжевыми ленточками вместо ошейников.
– Смешные они, не от мира сего, – обронил экс-президент, подразумевая неизвестно кого.
– В какую сумму обошлось вам возведение мельниц? – осведомился какой-то настырный журналист."
"– Копейки, сущие копейки, – отмахнулся Мищенко. – Зато как красиво.
Жена Михо три часа не могла отойти, все просила такую же.
Взгляды собравшихся переместились на ветряк, украшенный подковой с оранжевым восклицательным знаком.
– Виктор Андреевич имеет в виду супругу Михаила Шахашвили, – пояснила пресс-секретарь.
– Скажите, – последовал вопрос, – а когда в последний раз президент Грузии…
Мищенко взглянул на зазвонивший телефон, нажал кнопку соединения и побрел прочь, говоря на ходу с кем-то.
– Да, Андрей, – донесся до журналистов голос экс-президента, – ага, угу… Кто? Хороший знакомый? Надежный? И чего он хочет? Встретиться? Зачем, сынку? Политический расклад в Европе? Так и передал?
Присутствующие навострили уши, но Мищенко предусмотрительно удалился, ответил еще на один звонок и вернулся в приподнятом настроении, заявив, что ему необходимо поработать.
– Дальше экскурсию поведу я, – поспешила провозгласить пресс-секретарь и потащила журналистов на двор, заваленный железными плугами и боронами.
Единственной тамошней достопримечательностью, на которую было не жаль потратить кадры, оказалась старинная чумацкая телега, украшенная бумажными цветами.
Здесь экскурсионный маршрут и завершился. Пресс-секретарь каким-то непостижимым образом растворилась среди ржавого хлама, а вместо нее возникли неразговорчивые мордовороты, пригласившие гостей в автобус.
Не отказался пройти за ними никто. Под пиджаками мордоворотов явственно проступали очертания пистолетов, а добродушия в их взглядах было не больше, чем в глазах бугаев, норовящих сорваться с привязи.
Как всегда после встречи с Виктором Андреевичем Мищенко, журналисты почувствовали себя обманутыми. Те из них, которые читали в детстве сказку про Волшебника Изумрудного города, невольно вспомнили Гудвина, Великого и Ужасного. Если кто не знает, то Гудвин на поверку оказался изобретательным прохиндеем, морочившим людям головы с помощью масок, зеркал или трубы, искажающей голос.
