Как правило, СМИ охотно брали пресс-релизы «М-софта», потому что они были интересными и живыми, и делали это бесплатно. Из уважения к Молчанскому и любви к ней, Вере. За это фирма два раза в год — зимой и летом — проводила выездные увеселительные мероприятия для городских СМИ, совмещая спортивные состязания на свежем воздухе с выступлениями полезных спикеров из центральных СМИ, которым за счет «М-софта» оплачивались дорога и гонорары. В общем, с журналистами фирма дружила, и подвоха от них Вера не ждала.
На сайтах действительно было тихо, а вот в одном из самых крупных пабликов в социальных сетях, который читал весь город и который заслуженно считался самой большой помойкой из всех существующих, Вера с изумлением обнаружила пост, рассказывающий об измене Молчанского и о том, что информацию об этом его жена получила одновременно со всеми остальными сотрудниками фирмы.
«Уважаемый бизнесмен и меценат оказался таким же козлом и бабником, как и все мужики, — сообщал автор поста, предпочитающий остаться анонимным.
— И главное, что скабрезные фотографии теперь рассматривают во всех курилках «М-софта», перемывая кости начальству. Так что «М — софт» ничем не лучше любой другой конторы, где процветают аморалка и сплетни». Под постом, как водится, уже развернулась обширная ветка комментариев, главный тезис которых сводился к тому, какой же Павел Молчанский придурок и моральный урод.
«Любишь кататься, люби и саночки возить, — мрачно подумала Вера, закрывая сайт.
Больше всего на свете ей хотелось вымыть руки. — Нет ничего тайного, что не стало бы явным, и, если изменяешь жене, будь готов, что это вылезет наружу».
Впрочем, расстроилась она несильно. Ее шеф имел твердую репутацию носорога с прочной шкурой, которому всегда было абсолютно наплевать на мнение окружающих. В политику он не собирался, так что отсутствие имиджа верного мужа ничем ему не грозило. Ну есть у него любовница, ну вынес кто-то сор из избы — подумаешь. Переживет.
Все дела, которые нужно было обязательно завершить именно сегодня, до ухода домой, закончились только без десяти семь вечера.
Что ж, бывало и хуже. Шеф в офисе так и не появился, впрочем, Вера по этому поводу не переживала. Около четырех часов он звонил, что находится в больнице у Костика и в офис обязательно заедет, но ближе к вечеру.
— Ты меня не жди, — то ли разрешил, то ли приказал он.
Немного подумав, Вера решила, что ждать действительно не будет.
