Black u0026 Red

А места были красивые – заповедные леса кругом, озера – государственный заказник.

В этом заказнике когда-то еще при Брежневе – бабка рассказывала об этом с упоением – устраивали правительственные охоты. Там имелось целое охотхозяйство, охрана, была даже специальная военная часть. Много жителей Почаевска работали на это самое охотхозяйство. Городок жил от охоты до охоты. А потом это все разом вдруг кончилось. Прекратилось.

«Брежнев умер?» – спрашивала Лола. Бабка пожимала плечами и начинала плести совершенно запутанную историю, которая с тех самых пор бродила по захолустному Почаевску, как чума.

Во время, мол, одной зимней охоты, когда съехались все – и Брежнев, и немец, который бывшей ГДР тогда командовал, и венгр, и румын, которого потом свои же румыны к стенке поставили, одним словом, все-все тогдашние правители социалистические, – произошел случай один… Нехороший, темный случай.

В этом месте, рассказывая, бабка обычно многозначительно умолкала. И Лоле – тогда еще девчонке, подростку, дурочке легковерной, все время приходилось ее понукать: «Ну, а дальше что? Что дальше?»

«Подстрелили, значит, на охоте охотники волка, – продолжала старуха.

 – В каком же году это было-то? Ты у нас в восемьдесят седьмом родилась, Витек, братик твой, в восемьдесят третьем, Брежнев в восемьдесят втором помер, я на электростанцию перешла работать лет за пять до этого, а это раньше было, намного раньше – году этак в семьдесят третьем. Значит, подстрелили большущего волка егеря и вздернули его на сосну, как трофей, чтобы ловчей было шкуру с него сдирать.

Вздернули вроде как мертвого – волка-то, или кто он там был… Только шкуры с него содрать так и не успели. ЧТО уж там у них произошло на той лесной поляне, у той сосны – доподлинно неизвестно. Только всех их мертвыми там нашли. А уж сколько крови было… сколько кишок разорванных по снегу разбросано…»

Лола вытащила из бокала с дайкири соломинку, слизнула сладкую каплю. У бабки, помнится, когда она все это рассказывала, было такое лицо – важное, строгое, словно все это произошло на самом деле и над этим нельзя шутить и смеяться.

Бабка была старой, может, из ума уже выжила, но к ней, к Лоле, внучке своей, относилась хорошо. Только вот на речку со знакомыми почаевскими ребятами ходить запрещала. Потому что ходить надо было через ТОТ САМЫЙ ЛЕС.

Черт, как же давно это было… И она, Лола, слушала эти сказки, эти глупые страшные почаевские сказки.