Грехи и мифы Патриарших прудов

За свою многолетнюю службу в пресс-центре ГУВД Екатерина Петровская привыкла ко многому. Но ее, как и шефа криминального отдела полиции полковника Гущина, потрясло дело, которое они расследовали на этот раз. В подмосковном лесу обнаружен обезображенный труп мужчины — с отрубленной головой и кистями рук, со следами пыток. Это преступление потянуло за собой цепочку других загадочных убийств, и все они вместе ведут к знаменитым еще со времен Булгакова Патриаршим прудам. Там, в одном из фешенебельных домов, обитает роскошная красавица Регина Кутайсова и ее дочь Пелопея, потерявшая три года назад после аварии память и красоту.

Кате и ее новому напарнику Клавдию Мамонтову предстоит узнать и понять, что же такое жуткое произошло три года назад, раз месть оказалась настолько страшна?..

Татьяна Юрьевна Степанова

Грехи и мифы Патриарших прудов

Пять органов чувств — минус все

Доктор сказал, что помочь стимулировать память помогут пять органов чувств.

Я загибаю пальцы: зрение, слух, обоняние, осязание, вкус.

Доктор особо выделил обоняние и слух. Начал задавать настойчивые вопросы. Что я слышала в тот момент? Какие звуки витали вокруг меня? Он говорил — не могло быть так, чтобы не существовало никаких звуков, так не бывает. Окружающая нас действительность не терпит тишины. Абсолютной тишины вообще никогда не бывает. Что вы слышали? Шум транспорта? Голоса? Может, кто-то кого-то звал? Пусть не близко, не рядом, а вдалеке? Шум ветра? Щебет птиц? Шорохи? Шуршание? Сирену полицейских машин и «Скорой»? Шум воды, льющейся из крана? Скрежет металла? Скрип половиц? Хлопанье дверей? Стук?

Обоняние… И снова доктор очень настойчив.

Он снова призывает меня сосредоточиться и вспомнить — чем пахло?

Ничем, милый доктор.

Очень интеллигентный, весьма воспитанный, с хорошими манерами, с отлично поставленным голосом, излучающий сочувствие и участие — добрый доктор-мозгоправ. Психотерапевт, приглашенный матерью по совету знакомых из «ее круга общения».

Он снова задает свои настойчивые вопросы, перечисляя — чем пахло тогда? Приятным, неприятным?

Запах травы? Хвои? Цветов? Влажной листвы? Это же было лето — теплое дождливое лето.

Может быть, пахло бензином? Гарью? Асфальтом? Деревом? Железом?

Духами? Одеколоном? Потом? Табаком?

Он не продолжает. Он ждет, склонив голову набок, что я отвечу. Я говорю за него, заканчивая список плохих запахов. Спермой? Мочой? Дерьмом? Блевотиной?

Ничем, ничем не пахло.

Нос мой словно заложило.