"
"Но Люсинде не было никакого дела до его реакции и, подхватив свои юбки, она повернулась к лестнице, а потом к Джейку:
— Вы можете показать нам наши спальни. Мы хотим отдохнуть.
— Отдохнуть! — закричал Джейк как громом пораженный. — Но… но как быть с ужином?
— Вы можете подать его нам наверх.
Видя, что Джейк пребывает в полном недоумении, Элизабет решила простым и вежливым языком изложить смысл сказанного ее компаньонкой.
— Мисс Трокмортон-Джонс хочет сказать, что мы слишком устали, чтобы составить вам приятную компанию за столом, и поэтому предпочли бы поужинать у себя в комнатах.
— Вы поужинаете, — ужасным голосом, от которого у Элизабет кровь застыла в жилах, сказал Ян Торнтон, — вы поужинаете тем, что приготовите себе сами, мадам. И если вам нужно чистое белье, вам придется сходить за ним в кабинет. А если вам нужны чистые комнаты, приберитесь в них. Я ясно выразился?
— Предельно! — возмущенно начала Элизабет, но Люсинда перебила ее голосом, дрожащим от гнева:
— Вы что, сэ-э-эр, предлагаете нам выполнять работу прислуги? Опыт общения со светским обществом, и особенно с Элизабет, породил у Яна сильнейшее презрение ко всем амбициозным, мелочным, во всем потакающим себе молодым женщинам, весь смысл жизни которых составляли наряды и драгоценности, которые они стремились приобрести с минимальными затратами усилий и денег.
— Я предлагаю вам в первый раз в вашей глупой, бессмысленной жизни позаботиться о себе самостоятельно. За это я, в свою очередь, дам вам пищу и крышу над головой до тех пор, пока не смогу доставить вас в деревню.
Если же эта задача кажется вам Невыполнимой, мое первое предложение остается в силе: вот дверь, воспользуйтесь ею.
Элизабет уже знала, что этого человека бессмысленно призывать к благоразумию, и потому решила не вдаваться в дальнейшие объяснения.
— Люсинда, — сказала она с усталой покорностью в голосе, — не растравляй себя попытками втолковать мистеру Торнтону, что это по его ошибке мы сейчас терпим неудобства. Ты только впустую потратишь время.
Будь на его месте настоящий прирожденный джентльмен, он бы сразу извинился вместо того, чтобы произносить пламенные обвинительные речи. Но мистер Торнтон не джентльмен, как я уже тебе говорила, и ему доставляет удовольствие унижать людей. Поэтому нужно просто смириться с тем фактом, что он будет унижать нас все время, пока мы будем здесь находиться.
Элизабет окинула Яна пренебрежительным взглядом и холодно бросила:
— Спокойной ночи, мистер Торнтон.
