Он в подробностях описал мне ситуацию.
Элизабет для виду покачала головой, но в душе знала, что это правда, и осознание надвигающейся беды, которую она пыталась отвратить столько времени, вдруг предстало перед ней со всей ужасающей ясностью.
— Замужество — единственный выход для вас.
— И вы еще смеете говорить, что мужчина поможет мне решить мои проблемы! — вскричала она. — Да именно мужчины виноваты во всех моих бедах! Мой отец проиграл все семейное состояние и оставил мне только долги, мой брат исчез, оставив мне еще большие долги, вы своими поцелуями погубили мою репутацию, мой жених отказался от меня после скандала, причиной которого явились вы, а теперь мой дядя пытается продать меня! Из всего этого я заключаю, что мужчины годятся в партнеры на танцах, но во всем остальном я не вижу в них решительно никакой пользы! — пламенно закончила она.
— Если вдуматься, то все вы отвратительны, только редко кто об этом думает, потому что уж слишком безрадостны эти размышления.
— К сожалению, только мы альтернатива женскому полу, — наконец вставил
Ян.
И поскольку, что бы ему ни пришлось для этого сделать, отказываться он от нее не собирался, добавил, — В данном конкретном случае ваша альтернатива — только я. Мы с вашим дядей подписали брачный контракт и скрепили его деньгами.
Тем не менее я хотел бы с вами поторговаться насчет условий.
— Зачем вам это? — презрительно спросила она. Ян услышал в ее голосе ту же враждебность, с которой уже не раз сталкивался, когда ему приходилось иметь дело с людьми, вынуждаемыми обстоятельствами (но не самим Яном) продавать ему свои ценности.
И хотя они знали, что выхода у них нет, гордость все равно заставляла их сопротивляться до последнего.
В делах Ян, конечно, не стал бы подрывать свои позиции, объясняя оппоненту, какими ценностями он обладает и какие выгоды может из этого извлечь.
Но сейчас он имел дело с женщиной, интересы которой ставил выше своих собственных.
— Я очень хочу с вами поторговаться, — мягко сказал он, — по той самой причине, по которой торгуются все, — у вас есть то, что мне нужно.
Страстно желая показать ей, что она не бессильна и обладает огромным достоянием, он добавил:
— Я безумно хочу этого, Элизабет.
— И что же это? — с опаской спросила она, и возмущение на ее лице уступило место любопытству.
— Вот что, — тихо прошептал он. Его руки крепче сжали плечи девушки и притянули ее к себе, наклонив голову, он припал к ее губам нежным, умоляющим о согласии поцелуем.
