Ему настолько врезался в память образ фривольной богатенькой девицы, которую она разыграла перед ним в Шотландии, что он совсем забыл о той нищете, в которой она живет, считая каждый шиллинг.
Наклонившись вперед, он назвал кучеру адрес и через несколько минут входил в апартаменты самой дорогой и известной лишь избранному кругу модистки.
— Это невозможно, месье Торнтон, — развела она руками, когда он сказал, что ему нужно, чтобы через неделю в дом номер четырнадцать на Променад-стрит для леди Элизабет Камерон был доставлен полный гардероб, включая дюжину бальных платьев.
— Для этого мне понадобится две дюжины мастериц и как минимум две недели.
— Так наймите четыре дюжины и управитесь за неделю, — любезно предложил месье Торнтон, но в голосе его звучало раздражение человека, которому пришлось столкнуться с менее развитым интеллектом. Спохватившись, он загладил свою оплошность очаровательной улыбкой и вручил ей чек, при взгляде на который ее глаза расширились от удивления. — Рано утром леди Кэмерон уезжает в деревню — таким образом, в вашем распоряжении еще весь день и весь вечер, чтобы снять с нее мерки, — продолжил он.
Указав кончиком пера на кусок великолепного изумрудного шелка с золотыми нитями, он подписал еще один чек. — И пусть первое бальное платье будет из этого. Приготовьте его к двадцатому. — Он протянул ей чек. — Это покроет ваши расходы. — И зная, что указанная в чеке сумма как минимум вдвое больше необходимой, добавил: — Если же этого не хватит, пришлите мне счет.
— Да, — слегка ошалев от такого натиска, пролепетала француженка, — но я не могу отдать вам этот изумрудный шелк.
Я обещала его леди Маргарет Митчэм.
Ян на секунду задумался.
— Я удивлен, что вы порекомендовали ей этот шелк, мадам. Такой цвет придаст ее лицу болезненный оттенок. Советую вам передать ей мои слова.
Ян не имел ни малейшего понятия, кто такая была леди Маргарет Митчэм, но это не имело никакого значения. После его ухода в гостиную вошла девушка и хотела унести изумрудный шелк в мастерскую.
— Нет, — остановила ее хозяйка, любуясь из окна высокой широкоплечей фигурой Яна, который в этот момент садился в экипаж. — Этот шелк пока не трогайте.
— Но его выбрала леди Митчэм.
Бросив еще один томный взгляд на отъехавшего в экипаже красавца, который знал толк в хорошей одежде, француженка задумчиво проговорила:
— Лорд Митчэм стар и слаб глазами, разве он сможет оценить платье из такой ткани?
— Но что я скажу леди Митчэм? — расстроилась девушка.
