Элизабет все еще колебалась — она не забыла, с какой ненавистью Ян говорил с ней, когда она пришла к нему после своего выступления в суде. Она боялась, что, вспомнив о той боли, что она ему причинила, он снова возненавидит ее.
Ян взял ее за руку и посадил рядом с собой. Она долго расправляла юбку, разглаживая каждую складку, потом обреченно уставилась на запорошенный снегом подоконник. Ян молча наблюдал за ней, понимая, почему она нервничает.
— Дай мне твою руку, любимая. Ты можешь спрашивать меня о чем угодно, не опасаясь, что я рассержусь на тебя.
Убаюкивающие звуки его низкого голоса и тепло его руки, в которой покоилась ее ладонь, постепенно рассеяли ее страхи. Доверчиво подняв на него глаза, Элизабет спросила:
— Почему ты не сказал мне, что Роберт пытался убить тебя на дороге и что ты посадил его на свой корабль? Почему ты позволил мне думать, что он просто исчез?
Ян откинул голову на спинку дивана и на секунду закрыл глаза, потом с сожалением проговорил:"
"— Я был уверен, что твой брат давно вернулся в Англию.
Я понятия не имел, что после его исчезновения ты осталась в Хэвенхёрсте совсем одна и что из-за меня ты стала отверженной. Я не знал, что у тебя нет родителей и нет денег. Все это я узнал от Дункана, когда ты уехала отсюда прошлой весной. Поверь мне, прошу тебя.
— Я верю, — искренне сказала Элизабет. — Люсинда набросилась на Дункана и высказала ему все, после этого ты поехал за мной в Лондон. Об этом мы уже говорили перед тем, как пожениться. Но тогда ты уже знал, что Роберт не вернулся, и все-таки ничего не сказал мне.
Почему?
— А когда? — с горечью спросил Ян. — Когда я мог это сделать? Ты вспомни, как ты ко мне относилась, когда я примчался в Лондон, чтобы просить твоей руки.
Ты была почти уверена, что я сделал тебе предложение только из жалости. Если бы я тогда рассказал о своей роли в исчезновении Роберта, ты бы окончательно в этом уверилась. К тому же тогда я тебе не очень-то нравился и ты мне почти не доверяла, — напомнил он.
— И если бы я признался, что похитил твоего брата, ты отказалась бы от нашей «сделки», какие бы объяснения я ни приводил. Но была еще одна причина, по которой я ничего не сказал тебе, — сознался он. — Я так хотел, чтобы ты стала моей женой, что ради этого был готов почти на все. Элизабет искоса глянула на него и обезоруживающе улыбнулась.
— А потом, почему ты не рассказал мне потом, когда уже знал, что я люблю тебя?
— Потом, — криво усмехнулся Ян.
