Никаких метаний по комнате, никаких «быстрей-быстрей»! Наоборот – я двигалась нарочито медленно, лениво и тихонько над своей каверзой посмеивалась.
Но едва с душем и полосканием волос было покончено… Едва я, завернувшись в одолженный у Ринара халат и намотав на голову большое полотенце, приблизилась к умывальнику, дабы посвятить время массажу лица, смеяться расхотелось. Просто там, на полочке, лежал очень знакомый перстень. Да, тот самый – массивный и с гербом.
Сердце пропустило удар, кровь в венах похолодела, а я едва не сползла на красивый мраморный пол.
Даже руку протянула в желании прикоснуться к печати и удостовериться, что это не мираж, но… Нет. Ошибки быть не могло. Перстень не мерещился. Он был настоящим! И в самом деле лежал здесь, вместо того чтобы… Ох черт!
Ощущая сильное головокружение, я развернулась и направилась к двери. А оказавшись на пороге спальни, мигом наткнулась на насмешливый взгляд голубых глаз.
Правитель Накаса, облаченный в одни только пижамные штаны, подпирал плечом стену и радости по поводу моей неспешности точно не испытывал.
И, кажется, понимал, что задерживаюсь из вредности.
– Ну неужели, – подчеркнуто ворчливо протянул король, ну а я…
Я указала на сложенные на груди руки и спросила:
– Перстень где?
Смысл вопроса дошел не сразу. Медленно, явно предчувствуя подвох, Ринарион глянул на свои ладони и вновь перевел взгляд на меня. Ирония испарилась, ее место заняло напряжение.
– Где? – эхом повторил Ринар.
Пришлось отступить, освобождая проход, и указать на умывальник.
Других пояснений не требовалось. Король стремительно преодолел расстояние и замер, неверяще взирая на кольцо. Я, конечно, тоже к умывальнику подскочила и тоже замерла, но, в отличие от монарха, не удивлялась. Я желала слышать, как так получилось. И главное – почему!
– Ничего не понимаю, – выдержав шокированную паузу, выдохнул Ринар. Потом повернул голову и внимательно уставился на меня.
Несколько бесконечных секунд, и я таки услышала:
– Ума не приложу, как это произошло. Я не…
Правитель Накаса осекся и нахмурился, словно припоминая. Следом раздался тяжкий стон и уже знакомое:
– Совсем ты мне голову задурила.
Нет, король не обвинял. Более того – он даже не злился. Это была констатация факта, но лично меня она не впечатлила.
– Когда именно ты его снял? – тихо вопросила я.
– Вчера. Когда пошел мыться.
Я тихонечко взвыла.
