Блатные псы

Если, конечно, его уже не упрятали на два метра под землю…

А что, если он сейчас у своей Лили? Полиция его уже не ищет, не до него. В розыск подали, только и всего. И Никиткину, возможно, не до него…

Сейчас Гриша убедится в абсурдности своего предположения и продолжит путь – на Профсоюзную улицу. Он должен узнать, кто проживает в доме, куда не пустили Каштанову.

Машин во дворе много, но Гриша все-таки заметил место для парковки. Он проехал мимо пустующего промежутка, остановился, стал сдавать задом, но не успел.

Его опередил черный «Гелендваген», который передом нырнул в незаполненное место. Из него вышли два крепких парня в черных полупальто.

– Эй, так нельзя! – махнув рукой, возмущенно протянул Гриша.

Упущенная возможность его волновала сейчас меньше всего. Куда больше он заинтересовался самим «Гелендвагеном». Что, если Никиткин послал своих людей к Татаринову?

– Извини, старик! Спешим очень! – Плотного телосложения парень с квадратным лицом примирительно приложил руку к груди.

– Все равно так нельзя! – изображая простака, вздохнул Гриша.

Но парень уже потерял к нему интерес. Все, конфликт улажен, а остаточные возмущения не в счет.

Наблюдая за парнями, Кустарев заехал прямо на газон. Здесь парковаться нельзя, но бывают случаи, когда можно. Ему срочно нужно было идти вслед за подозрительными личностями, которые скрылись во втором подъезде.

А дверь в подъезд была заперта на кодовый замок. Пассажирам «Гелендвагена» повезло, им дверь открыл вышедший из подъезда мужчина…

Точно так же повезло и Одинцову, когда они в свое время шли за Татариновым.

Дверь им тогда открыла входящая в подъезд женщина. Надо было выяснить код, но они тогда очень торопились.

Гриша и сейчас торопился, но, как назло, никто не входил в подъезд, и обратного движения не было. Время шло, а он продолжал стоять у двери.

Наконец она открылась, и Кустарев увидел знакомого уже парня с квадратным лицом. Он тащил к машине бесчувственного человека, в котором Гриша узнал Татаринова, ему помогал его компаньон, круглолицый парень с коротким, будто бритвой подрезанным снизу, носом.

Парень глянул на Кустарева резко, подозрительно.

– Что, нажрался? – быстро отреагировал Гриша.

– Хуже, наркота. Возможно, передоз, – заметно расслабился парень.

– А мы, по-твоему, куда?

На этом разговор и закончился. Татарина потащили к «Гелендвагену», а Гриша направился к своей машине.

«Радиомаяк» у него был в единственном экземпляре, и хорошо, что он не прицепил его к «Форду» Каштановой.