Я нанесу официальный визит герцогине Гордон и — с разрешения Джорджины — открыто сообщу о нашей помолвке.
Френсис Расселл, герцог Бедфорд»."
"Он сложил письмо, надписал адрес на конверте и запечатал его восковой печатью. Снова подкрепившись бренди, он вынул из ящика стола какую-то книгу. Это был личный дневник, в котором он описывал во всех подробностях свои интимные свидания. Смесь сладострастных слов и обильных возлияний привели к тому, что он перестал отличать реальные события от воображаемых. Он перечитал страницы дневника, его естество ожило, и к нему вернулась вера в свои мужские достоинства.
Он окунул в чернильницу перо и написал наверху чистой страницы «Джорджина». Потом погрузился в безумный полет воображения, описывая, как юная красавица страстно полюбила его за несравненное умение соблазнять. Во всех непристойных подробностях он описывал, как возбудил в ней страсть и заставил ее умолять, чтобы он овладел ею.
* * *
Позже в этот день, когда пришло письмо от герцога Бедфорда, Монтегю прочел его и пошел искать Сьюзен.
— Кажется, Френсис все-таки не увез Джорджину в Уоберн, как мы подумали с тобой. Судя по его письму, эта проницательная малышка продержала его на расстоянии и даже не дала овладеть ею.
— Откуда ты знаешь?
— Очевидно, она отказалась раздвинуть для него ножки, пока он не избавится от миссис Марианны Палмер. Френсис так жаждет переспать с Джорджи, что хочет предложить ей супружество. Джорджина заставила его покориться.
— Если ее нет в Уоберне, где же она может быть?
Сьюзен взяла письмо и прочла последнюю фразу вслух:
— «Я нанесу официальный визит герцогине Гордон и — с разрешения Джорджины — открыто сообщу о нашей помолвке».
Ах, маменька будет просто на седьмом небе! А мы, конечно же, внесли свой вклад в эту великолепную помолвку. Надеюсь, Джорджина это оценит.
— Насколько я понимаю, Джорджина решила остаться в Кимболтоне подольше. Слава Богу, она отослала вас в Лондон с каретой. Не могу же я разъезжать по городу в наемном экипаже. Это самое неподходящее средство передвижения для герцогини.
Я просто сижу как на иголках, ожидая новостей. Мне не терпится прочитать ее письмо.
Тоби посмотрел налицо герцогини Гордон, выражавшее ожидание, и понял, что его слова начисто сотрут ее улыбку.
— У меня нет никакого письма, ваша светлость.
— Неужели Джорджина мне не написала? Какая необыкновенная беспечность! Она могла бы по крайней мере сказать, как ей понравился праздничный обед и как долго она намерена оставаться в Кимболтоне.
