Мышцы лица у него парализованы от свинцовой пудры, которой он пользуется, чтобы скрыть красноту.
— Сегодня моя эрудиция расширяется прямо на глазах. — Жадный взгляд Джорджины шарил по скамьям. — А вон муж Сьюзен. Должна сказать, у герцога Манчестера такой вид, будто ему смертельно скучно. Я думаю, он не слушает.
— Конечно, нет. Уильям слишком крепкого телосложения, чтобы сидеть спокойно и слушать дебаты по ирландской проблеме.
— Он необыкновенно красивый мужчина. Сьюзен хорошо устроилась.
— Да, женщины сходят по нему с ума.
«Тогда, значит, она устроилась плохо».
— В дебаты хочет включиться Френсис Расселл.
Поскольку это был тот человек, ради которого Джорджина сюда и пришла, она сосредоточилась на нем и стала слушать.
— Если не ошибаюсь, палата лордов должна следить за деятельностью правительства. И еще она может положить вето на решения палаты общин, я права?
— Не знал, что тебя интересует вся эта политическая путаница.
Джорджина посмотрела на Френсиса Расселла. «На вид он лучше, чем его суроволицый брат Джон, и явно модный франт, но все-таки в нем есть что-то порочное.
Думаю, этот человек потакает своим желаниям, но, будучи самым богатым герцогом Англии, может ли он быть иным?»
Дебаты закончились ровно в четыре.
Выходя из парламента, Джордж попытался найти своего зятя, но у дверей герцога Манчестера ждала карета.
Джорджина смотрела вслед Уильяму Монтегю.
— Интересно, что за женщина сидела в карете Уильяма? Это явно не Сьюзен.
Джордж пожал плечами.
— Одна из его petites amies.[4]
Джорджина была шокирована.
— Хантли, что вы здесь делаете? — спросил Френсис Расселл, окидывая взглядом Джорджину.
— Ах, здравствуйте, Бедфорд. Я только что упустил Манчестера. Хотел спросить у него, собирается ли он на ваши скачки в Уоберне в выходные.
— Да, Манчестер принял мое приглашение. Могу ли я надеяться, что леди Джорджина присоединится к нам?
— Надеяться вы можете всегда, ваша светлость, — холодно отозвалась Джорджина.
— Она не присоединится к нам. Моя сестра шутит.
— Определенно шутит, — протяжно проговорил Бедфорд.
— На прошлой неделе мы ходили в палату общин, и там я видела вашего брата, который обсуждал ирландскую проблему.
— И как он по сравнению со мной? — самодовольно осведомился Френсис.
— Ваш брат гораздо более страстный человек.
— Не во всем.
Его слова были нарочито рискованными.
— Это мы еще увидим, ваша светлость. Всего хорошего.
Джордж поспешил нагнать сестру, которая отошла от них.
— Тебе не следует так шутить с Бедфордом.
