Ближе, бандерлоги!

Кровь течет обильно, а вреда организму никакого. Боксер в таких случаях, быстренько дав заклеить себе бровь, возвращается на ринг.

— Сильнее, сильнее прижимайте, — командным тоном распорядилась Беатрис. — Вы кто? Американец? Англичанин?

— Австралиец, — сказал Мазур.

Совсем рядом стояла та самая черная «Волга» о которой упоминал Мазуру Лаврик и называл ее номер. Водитель, рослый жлоб, стоял у дверцы в ожидании инструкций.

— Что случилось? — спросила Беатрис, оглянулась на незаконченную надпись.

— Они писали на стене, — сказал Мазур.

— Ох уж эти туристы… — помотала головой Беатрис. — Все могло и хуже кончиться…

— Я не турист, мисс, — сказал Мазур. — Я фоторепортер. Показалось, выйдут неплохие кадры…

Платок уже чуть ли не насквозь промок от крови, и Мазур рявкнул про себя: ну решайся на что-нибудь, кукла госдеповская, а то уже и куртка в крови испачкалась…

Беатрис перебросилась парой слов на местном со спутником.

— Садитесь в машину, — решительно сказала Беатрис. — Мы вас отвезем к врачу.

— Спасибо, — сказал Мазур предельно искренне. — Если бы не вы…

— Садитесь в машину, не болтайте!

И приказала что-то водителю. Мазур сел в машину, застегнул чехол фотоаппарата, закинул голову назад. Водитель, торопливо распотрошив автомобильную аптечку, распечатал пакет с бинтом и отмотал Мазуру чуть ли не половину.

— Прижмите к ране, — сказала Беатрис. — А платок выбросьте, он уже насквозь промок…

Мазур выбросил платок, захлопнул дверцу, и машина тут же рванула с места. Ну что же, пока все шло гладко и позволяло питать надежды на удачу: принцесса, как и рассчитывал Лаврик, спасла рыцаря от драконов…

Сидевший рядом с шофером Деймонд обернулся к нему:

— Вы из какой газеты?

— Я сам по себе, — сказал Мазур.

— Понятно, — хмыкнул американец. — То-то держитесь так спокойно, я вижу. Турист паниковал бы, кричал, что нужно вызвать полицию…

— Да какая там полиция, — сказал Мазур, старательно прижимая к рассеченной брови понемногу промокающий бинт. — Где их теперь искать… А что до спокойствия — тут вы в самую точку. Бывало и похуже, в той же Африке…

— Да уж, беспокойная у вас профессия…

— Зато порой неплохо оплачивается, — сказал Мазур.