Ближе, бандерлоги!

 — Конечно, на этих чертовых красных… это ведь наверняка были красные?

— Будьте уверены.

— На этих чертовых красных много не заработать, так, пустяки. Но меня заверяли, что тут можно щелкнуть вещи и поинтереснее. Те, что оплачиваются гораздо лучше.

— Не исключено… — сказал Деймонд, переглянувшись с Беатрис, словно бы смешливо. — Места тут беспокойные…

— Я и не думал, что здесь так хорошо говорят по-английски, — сказал Мазур."

"Эти двое вновь переглянулись, улыбаясь уже в открытую.

— Мы, видите ли, американцы, — сказала Беатрис.

— Ах, вот оно что… — сказал Мазур. — Случаем, не журналисты?

— Увы… — пожала плечами Беатрис. — Я политик, а Пит — социолог.

— Черт побери, ребята! — сказал Мазур обрадованно. — Политик и социолог? Значит, наверняка знаете тут все и всех? Может, и интересные места, где можно щелкнуть что-нибудь достойное?

— Вообще-то это тема для разговора… — сказала Беатрис, чуть подумав. — Но это потом, мы приехали…

С первого взгляда было ясно, что приехали они в Старый Город.

Новые знакомые — впрочем, еще и не знакомились, но надежды терять не следует — провели Мазура в подъезд чертовски старинного дома, и Беатрис пошла на полшага впереди по высокой и крутой узкой лестнице. Деймонд замыкал шествие.

На третьем этаже — по высоте примерно соответствовавшем пятому в «хрущевках» — Беатрис распахнула высокую дверь с начищенной медной табличкой с выполненной красивой вязью надписью (Мазур мимоходом к ней присмотрелся, заковыристого здешнего имечка прочитать не успел, но отметил, что под ним стояло «докторас»).

Небольшая опрятная комната, явно приемная — несколько мягких стульев вдоль стен, столик с журналами. Беатрис скрылась за соседней дверью, довольно быстро вернулась и энергично сказала:

— Ну вот, все отлично для вас складывается. Ни единого пациента, так что доктор вами сразу займется. Куртку и фотоаппарат, пожалуй, лучше оставить здесь. — Она кивнула на старомодную высокую вешалку. — Я пойду с вами, буду переводить.

Доктор — хороший специалист, но английского не знает, а местного, наверняка, не знаете вы…

— Да уж откуда мне… — искренне сказал Мазур.

— Вообще-то, если вы знаете немецкий, можете обойтись без меня. Вот немецкий доктор знает в совершенстве, он наполовину немец.

— Увы… — сказал Мазур. — До сих пор как-то одним английским обходился, куда бы ни забрасывало. Вообще…

— Не будем болтать, пойдемте. Кровь все еще течет.