Ближний Круг

Я живу в паре кварталов отсюда, нанимаю двухкомнатную квартиру у владельца, из чёрных магов.

Она записала второй номер карандашом, потом достала нечто вроде промокашки, положила сверху, прижала, убрала и протянула визитку мне. Я взял, повертел в пальцах и хмыкнул. Номер был написан как будто бы чернилами, причём, хорошими. Осторожно потерев надпись, я убедился, что она не размазывается. Ещё какая-то магия, бытовая разновидность? Ладно, разберёмся.

— Благодарю. — Я опустил визитку в карман пиджака.

— Уверяю, мне прекрасно известно, как дозвониться до имения Барятинских, — улыбнулась Клавдия. — Я умею обращаться с телефонным справочником… Пойдём, провожу тебя. Кстати, пока ты спал, я подлечила твоё плечо. Так и быть, не буду спрашивать, где ты его так повредил. И тебе не придётся мне лгать.

То-то боль прошла абсолютно!

— Клавдия! — воскликнул я.

— Да это же просто царапина, — отмахнулась она. — Никаких усилий.

Ну вот что с ней поделать?..

Мы вышли на залитое закатным огнём крыльцо. Я прищурился: лучи солнца били прямо в лицо. Не сразу разобрал, где стоит рядом с такси Платон Степанович.

— Как прошёл день? — спросил он, когда мы подошли.

— Великолепно, — воскликнула Клавдия. — Константин меня попросту изумил. Он невероятно вынослив. Целых четыре раза за день! За день, Платон Степанович, а не за месяц!

— Очень рад вашему счастью, любезная Клавдия Тимофеевна, — не моргнув глазом сказал Платон.

— Не понимаю, — нахмурилась Клавдия. — Но я ведь только что…

— Не обращайте внимания, — вздохнул Платон. — Просто шучу.

— Буду весьма признательна, если вы поясните мне соль этой шутки.

— Нет. Не будете, уверяю… Садитесь, Константин Александрович. Семья ждёт вас к ужину.

Платон кивнул на машину, взялся за ручку пассажирской двери. Но тут Клавдия встрепенулась, будто что-то вспомнила:

— Платон Степанович, минутку.

— Не хотел мешать вашему знакомству, только и всего.

— Вы порой чересчур любезны. Однако мне не помешало бы ваше свидетельство. То, что я вынула из энергетического тела той женщины…

— Я видел, — перебил Платон.

— В-видели? — широко распахнула глаза Клавдия. — Тогда, значит, вы понимаете?

— Я не слеп и не глуп, Клавдия Тимофеевна.