Близняшки от босса. Сердце пополам

Я знаю, что он выполнит каждое свое обещание. Ради детей.

Шторм действительно любит дочерей. Именно о таком отце для них я всегда мечтала. И пусть в наших с ним отношениях абсолютно ничего не понятно — это не главное. Рита и Аля объединили нас. И теперь мы должны научиться сосуществовать друг с другом.

Я подстроюсь. Буду и дальше заботиться о малышках и не мешать Вадиму. Ведь с Антоном я так и делала. Правда, исход печальный…

Но Шторм другой. Он — настоящий папа, родной. И ко мне испытывает некую симпатию. Наверное.

Не зря же целовал. До того, как мы разругались. Впрочем, для мужчин это ничего не значит. Антон тоже целовал, а потом…

Но я убеждена в одном: Вадим примет меня, потому что малышкам нужна мать.

Примет… Почему так неприятно осознавать это?"

"— Все нормально, — шепчу одними губами, смаргивая слезы. — Мы все правильно делаем. У нас нет выбора, — убеждаю себя, но в солнечном сплетении горит пожар.

Пытаясь отвлечься от раздирающих душу сомнений, я невесомо касаюсь пальчиками темных макушек моих булочек, улыбаюсь — и тут же руку убираю, потому что они ворочаться начинают.

Ненароком толкают друг друга, а потом вдруг… обнимаются, будто с плюшевой игрушкой любимой. И опять затихают.

Пытаюсь уснуть вместе с ними, но не могу побороть хаотичный поток мыслей, что лезут в голову. Думаю о нашем будущем. Вадим обязательно разберется во всем, накажет виновных, поможет оформить документы на малышек. Мы официально станем родителями обеих. Думаю, в этом Шторм меня тоже не обманет.

А дальше? У меня нет ответа…

Резко затаив дыхание, слежу, как дверь открывается с легким скрипом, а пол детской разрезает полоска света.

Вадим переступает порог, некоторое время стоит на месте, будто размышляя о чем-то. Кажется, смотрит на нас с малышками.

Вздохнув, он бесшумно толкает дверь, а сам приближается к постели.

Опасаться мне нечего: Вадим пообещал, что не тронет меня и ничего не потребует взамен за помощь. Он не такой, как Антон… Тем более, здесь дети.

Но тогда тем более странно, зачем Шторм здесь.

Прикрываю глаза, делая вид, что уснула, и замираю.

Чувствую, как проминается матрас позади меня. Как спину обволакивает жаром другого тела, щеки касается быстрый поцелуй, почти призрачный, а на бок аккуратно ложится ладонь, будто невзначай сползая к животу.

— Спокойной ночи, Снежинка, — произносит Вадим чуть слышно.

И остается. Рядом. Просто так.

По мерному дыханию, что обжигает мой затылок, и расслабленной ладони на животе — я понимаю, что Вадим уснул.