Здесь ему столько же лет, столько сейчас Кирюшке!
С фотографии на меня глядел мальчишка с ободранными коленями и абсолютно такой же улыбкой, как у моего сына. Вот уж действительно чудеса генетики!
– Потрясающе похож! – только и смогла сказать я вслух.
– Теперь ты понимаешь, почему у нас нет сомнений? – свекровь впервые тепло улыбнулась и посмотрела мне в глаза. – Мы всегда мечтали о внуках, но наши дети так бы и не поторопились, если бы Антон не выставил то дурацкое условие. Тогда я была против и считала это глупостью.
Кто же знал, что муж окажется прав."
"– Понимаю… – я вздохнула, потому что совесть неумолимо начала покусывать мои и без того расшатанные нервы. Стыдно, что я скрывала столько лет ребенка от семьи, которая так ждала его.
– Лиза, и все-таки я не могу не спросить… – начала свекровь и, дождавшись одобрительного кивка, продолжила: – Почему ты умолчала о ребенке? Ты ведь знала, что у Гриши богатый отец? Почему не пришла к нам и не попросила помощи? Лишила ребенка положенных ему благ, его жизнь могла бы быть совершенно другой.
Гриша, конечно, непутевый у нас, и этот его несерьезный бизнес…
– Елена Павловна, вы зря недооцениваете его клуб, – я не сдержалась, бросившись на защиту Черкасова. – Я, конечно, тоже не в восторге от его ночного образа жизни, но поверьте, это не так просто – содержать подобное заведение и… – Мне хотелось вступиться за Черкасова и обосновать свою точку зрения, но я не могла подобрать слов, поэтому решила пока ответить на предыдущие вопросы: – Я знала, что Гриша… что у него далеко не бедные родители, но… так вышло, что он очень сильно меня обидел.
Сейчас мы выяснили, что произошло недоразумение, но тогда я была молодой и глупой…
Она понимающе кивнула, придав мне смелости для дальнейшего рассказа.
– Когда я узнала, что беременна, очень долго сомневалась. Гриша на тот момент ничего мне не предлагал и ничем не был обязан. Мы с ним не встречались, это была всего лишь одна случайная ночь.
Потом я видела Гришу с другими девушками. Рожать ребенка было только моим решением, и я не считала, что мне кто-то что-то должен. К тому же я очень боялась, что он будет настаивать на аборте…
Я замолчала, чувствуя, как отступает напряжение. В глазах Елены Павловны я увидела смятение, но ее рука, накрывшая мое запястье, как будто дала необходимую поддержку.
– Я понимаю тебя. Как женщина женщину, – тихо призналась она и тут же посуровела.
