– Но не могу простить за то, что мы столько лет не знали о внуке… Пока не могу. Но очень надеюсь, что в дальнейшем вы с Гришей будете растить Кирюшку вместе.
– Об этом мы даже не думали, – быстро сказала я, решив быть честной до конца.
– Но как вы планируете дальше растить ребенка?
– Всё очень сложно, – я покачала головой, – мне не хотелось бы об этом говорить… По крайней мере сейчас.
– Ладно, – она тяжело вздохнула. – Нужно собрать посуду и кое-что подготовить на вечер, – свекровь загадочно улыбнулась, и я поняла, что родители Черкасова задумали еще сюрпризы.
Господи, и как это всё пережить?
Мне безумно хотелось к сыну, но и не предложить помощь в уборке я не могла.
– Давайте я вам помогу? Мне совершенно нетрудно и будет полезно занять руки… – робко предложила я.
Она коротко кивнула и пошла к двери, а я отложила альбом на стол и, подавив тяжелый вздох, отправилась за ней.
Внизу, собрав часть тарелок из красивого белого фарфора, украшенного золотым узором, я шагнула и вдруг зацепилась носком за край испачканного кровью Лимона дорогого ковра, оступилась, и три тарелки выскользнули из рук и полетели на пол.
В голове тут же пронеслась мысль о том, что точно так же, вдребезги, сейчас разлетается моя привычная жизнь. Я только и успела, что ойкнуть, и тут же опустилась на колени, судорожно пытаясь собрать разбитую посуду.
Глава 37. Сближение
Было трудно оставить Лизу с отцом и матерью, но я должен отвлечь сына, чтобы они могли поговорить без него.
Лучше, конечно, если бы и я присутствовал на этом разговоре.
Зная его манеру общения и в большинстве своем приказной тон… Лиза и так дико переживает, а если они успеют поругаться за это время, она непременно захочет уехать. И я обещал увезти их с сыном, если ситуация накалится до предела.
Только стоит ли откладывать неизбежное? Есть ли смысл уезжать, чтобы потом возвращаться и обсуждать то же самое? Ничего не изменится.
Ладно, побудем здесь одну ночь… Хотя я бы остался на все праздники.
Ведь если я увезу Лизу и сына, мы расстанемся на пороге ее квартиры, а в моей голове никак не рисовалась картинка, как я прощаюсь с этими двумя людьми, которые для меня ничего не значили буквально пару дней назад, и возвращаюсь в свою одинокую холостяцкую берлогу. В свою одинокую бессмысленную ночную жизнь...
К счастью, сын быстро отвлек от тяжелых мыслей.
– Дядя Гриша, давай строить крепость! – он подергал меня за рукав со счастливой улыбкой.
